Best of the week

Полубог, как и каждый из рыцарей. Ученик Бога Войны, его верный соратник в каждом бою. Рыцарь, служащий всему королевству Лордран и самому принцу Света. Но никогда Орнштейну не превзойти его. Да, дрконоборец заслужил особую душу из рук Владыки, как и остальные трое, но никто не может сравниться с его наследником. Глупцы те, кто считает иначе. Но что-то происходило. Орнштейн смахивает кровь с острия собственного копья, молча восхваляя благословение Гвина и благодаря всех богов за то, что этот бой был завершён без столь бессмысленных, как прежде, жертв. Но смерть была близка, всё кралась и дышала в спину наследника, не позволяя его защитнику вздохнуть спокойно.

Calm Harbor

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Calm Harbor » Альтернативные эпизоды » hit the lights and set the fire


hit the lights and set the fire

Сообщений 31 страница 60 из 71

31

Блейз всего лишь вбросил свою истину вместе с тем недолгим взглядом, направленным в сторону Клайна. Хоть тот и успел напрячься, наверняка посчитав, что наёмник переложил на него всю ответственность, словно в этом вопросе его голос решающий, пироманту меньше всего хотелось на него давить. Скорее уж он сам был готов составить компанию новому знакомому, нежели выпрашивать у паладина помощи в том, на что опрометчиво бы согласился, подписавшись за горстку монет на дело, в котором не имел ни нужного опыта, ни харизмы. Пришлось бы действовать в одиночку и жестко. Вряд ли кому-то из местных это бы понравилось, так что в конечном итоге дженази, избравший для себя привычные методы работы, мог не увидеть и тех пары десятков золотых, которые ему причитались за поиск поджигателя. А вот о поимке речи ока не шло. Но упоминать об этом Блейз не торопится.Только и успевает сказать:
Тогда и я в деле.

Клайнель берет допрос в свои руки, и наёмник с удивлением подмечает, как меняется его голос, обретая твёрдые, холодные нотки. Взгляд пламенных глаз, лишь недавно отведенный в сторону, чтобы более не смущать церковника, вновь возвращается к нему, а затем следит за реакцией старосты, который от подобной смены тона даже выпрямился в своем изъеденным временем, некогда роскошном кресле. Ей богу, если бы Клайн не проговорил все эти вопросы сам, именно с этого и начал бы сам дженази. И вот верь после этого, что опыта нет и что орден паладинов в свободное от молитв и безвозмездной помощи время не допрашивает население в поисках богохульников или идолопоклонников. Слишком правильное мышление, слишком емкие вопросы вот так, с ходу.

Старик тем временем медленно, осторожно кивает, словно такое движение способно отнять у него слишком много сил. И хоть такой взгляд юноши напротив резко контрастирует с тем, каким он был раньше, согласием этих двоих и то готовностью, с какой паладин подходит к делу, он определенно доволен.
Разумеется, я расскажу все, что знаю сам, и поспособствую чем смогу. Мне бы очень не хотелось, чтобы вам пришлось получать какие-либо сведения с боем.
В последних словах даже звучит едва уловимый, прозрачный укор. Какими бы ни были мотивы Ольхара - спасение собственного жилища от потенциальной угрозы или желание обезопасить жителей деревни, - допускать вероятность того, что к кому-либо из его подопечных будет применена сила, его не прельщало.
Коли кто разговаривать с вами не захочет, направьте ко мне. Напомню, что вопросы вы задаете по моему поручению, а не с корыстным умыслом.
От этих слов Блейз и сам едва не поежился, потому что прозвучали они с тем предостережением, которое за личиной слабого старика не ожидаешь увидеть. Голос Ольхара при этом звучит мягко, как шелест иссохшего пергамента, но взгляд белесых глаз словно покрывается льдом, трескучим и колким.
Первый сгоревший дом стоит на окраине деревни. Но владелец его погорел, так спасти и не успели. Другой пожар, следом за первым, успели потушить. Разразился он в доме Иветт, сестры того самого погорельца, правда в другой части деревни, к лесу ближе. Затем у дочери её хлев сгорел, а потом и на избу огонь перекинулся. Теперь вместе они у Иветт живут вместе с мужем, Ирена и Кеннит их звать. Дом у них такой старенький, конек на крыше в виде головы петушиной и забор беленький, к востоку ближе стоит. Лейн тоже сгорел, с западного края дом, высокий такой был, добротный. Но жена его выжила. До сих пор, бедняжка, на пепелище ходит. Живёт сейчас на окраине, у свекрови своей, в низком домике с курятником во дворе. Последними вот Марта и Джером были, которых вы из огня-то и вытащили. Дитя только жалко, но на то уж воля богов... — Староста ненадолго замолкает, то ли отдавая дань памяти невинного ребенка, не зная, что там его и не было, то ли потому что такое количество слов сбило его дыхание, заставляя потратить драгоценные силы на долгую речь. Продолжает он уже тише, после небольшого глотка из чашки того же самого отвара, который был разлит для гостей. — Мне неизвестно, были ли у них с кем-либо недомолвки. Я слежу за деревней, не за сплетнями да склоками, но до меня не доходили вести о каких-то сильных скандалах, драк тоже не было. Мужики разок повздорили на горячую голову, когда с самогоном переборщили, но это ж обычное дело, на утро и не вспомнил никто. А Марта и Джером так вовсе примерная семья, всегда душа в душу, приветливые, счастливые, помогут да поддержат как ни попроси. У них-то ссор с кем-то и представить не могу.
А они где сейчас? — дождавшись, пока старик закончит, спрашивает Блейз, стараясь удержать в память если не имена названных людей, то местоположение тех, с кем хотя бы можно поговорить. — Пришли в сознание? С ними бы поговорить...
У знахаря нашего местного, где он больных да раненых держит, пока сами на ноги не встанут. Был у него утром. Хаммонд сказал, что покой им нужен, вот я и не стал тревожить лишний раз. Но к вечеру, думаю, можете их навестить. Это на север деревни, если по главной дороге идти, и на последнем повороте направо свернуть. Третий дом с краю будет.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают,
Но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня.
Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

32

Клайнель лишь фыркнул. Разумеется он не планировал буквально ничего из кого-либо выбивать, как и в принципе угрожать кому-то расправой, но... взгляд невольно скользнул в сторону сидящего рядом Блейза. Возможно, Ольхар переживал вовсе не из-за поведения паладина, прекрасно догадываясь, что методы этого огненного парня могут оказаться жестковаты, особенно если кто-то начнёт юлить и всячески врать. А это определенно случится. Такова людская природа - приукрашать мелочи, старательно сглаживать собственные косяки и всячески выбелять свой собственный образ в рассказах о прошлых деяниях, мало заботясь об их достоверности, особенно когда речь идёт о поиске виновных.
Наслушался уже.
Только веры в то, что угроза старостой подействует эффективнее угрозой дженази, у Клайна не было.

Дальнейший поток информации, к счастью выдаваемой в не самой торопливой манере, церковник старательно пытался запомнить. Но, что обрадовало - рассказ Ольхара была практически полностью по делу, без обилия пространных объяснений о неимоверно важной деревенской жизни и её нюансах, которые бы только ещё больше запутали рассказ. Ещё и жертвы были, чёрт возьми. Чем вообще местные занимались, что позволили подобное? Где хваленая деревенская сплочённость в поиске поджигателя? Мыслями паладин уже был готов уплыть в размышления, искренне надеясь что дженази внимательно слушает чужие слова, но из раздумий его вырвала одна-единственная фраза, сопровожденная почтительной тишиной.
- Дитя только жалко, но на то уж воля богов... - Он же, чёрт возьми, сейчас о последнем доме говорил?...
Клайна словно обдало ледяной водой, и, пока Блейз поддерживал разговор, уточняя важную информацию для их будущих поисков виновного, его разум лихорадочно воспроизводил события ночи, чуть не ставшей для него самого роковой.
- Там был ребёнок?.. - Тихо произнёс церковник, прервав обсуждение, уплывшее к куда более насущным для нынешней работы вещам. Взгляд алых глаз устремился в чужие водянистые, словно отстраненные от реальности, но Ольхар, чуть помедлив, подтверждающе кивнул.
Твою ж мать.
- Да быть не может. - Голос Клайна постепенно набирал силу, становясь более резким, пока паладин в голове прокручивал события прошлой ночи, чуть не ставшей для него роковой. - Я же специально вернулся назад, чтобы перепроверить. Ни в кроватке, ни у взрослых никого не было. - Чёрт возьми, да он чуть было не помер из-за вероятности того, что там мог остаться ребёнок! Куда они могли его засунуть на ночь глядя?! Он же не мог проглядеть, не мог упустить из-за дыма и повисшей в воздухе удушающей гари, что туманили зрение и разум?..
По спине пробежал холодок, отозвавшийся непрошенной дрожью, и Клайн, пытаясь скрыть волнение, одарил старикашку воистину ледяным взглядом, с невольно вырвавшимся рычанием продолжив:
- У вас дома горят, люди горят, а Вы говорите "на всё воля богов"? Что вы вообще делали, пока ваши люди сгорали? Просиживали кресло в ожидании чуда и божественной помощи? Это боги-то лично должны были спасать ваши задницы, пока вы нихера не пытались сделать? - Паладин старался не замечать этого, ссылаясь на чужую особенность, но Ольхар был охренеть каким безучастным, когда рассказывал о пожарах. Будто его вообще мало касался тот факт, что в деревне безнаказанно разгуливает поджигатель. Губы Клайна исказились, обнажив клыки, стоило ему заметить как рука старикашки невольно коснулась символа Богини, будто ища защиты от её разгневавшегося последователя. Старый ты пердун, ещё начни воспринимать непреднамеренное прибытие беглого паладина в деревню Её волей. - У вас вовсю поджигатель развлекается, а жители или мирно дрыхнут, или просто пялятся на огонь, словно он от этого погаснуть должен. Чёрт возьми, поджог почти в центре деревни заметили только когда туда Блейз припёрся - это так вы охраняете своих людей от опасности? - Не то чтобы Клайн горел желанием читать кому-то нотации, но расцветающий гнев внутри требовал выплёскивания хотя бы словами. Он часто наблюдал как люди опускали руки, воспринимая веру и молитвы решением всех своих проблем. Зачем что-то делать, оно или само образуется, или на то "воля божья", пха! Паладин безусловно верил в свою Богиню, но столь раболепский подход к служению Ей его выбешивал. - Хватит скидывать на богов ответственность за свою халатность, когда всего этого можно было избежать.
И тогда не пришлось бы вообще никого спасать.
Вдох-выдох. Не затем он сюда явился, чтобы вправлять растерявшему остатки мозгов от древности собственных лет старикашке. Будто слова осуждения и угрозы помогут вернуть тех, кто уже погиб. И они же не помогут найти того, кто виновен в смертях.
К чёрту всё. Покачав головой, Клайн поднялся со стула и молча покинул кабинет, с трудом удержавшись от хлопанья дверью. Разговаривать со старостой дальше он не видел смысла, да и Блейз, если у него ещё останутся вопросы, сам как-нибудь разберётся, не маленький же. А вот самому паладину определенно стоило выйти подышать свежим воздухом дабы подуспокоиться. Каким бы равнодушным мудаком не оказался Ольхар, поджигателя действительно было необходимо найти даже без маячащей за его поимку награды.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilestatus] [/profilestatus]

+1

33

Блейз уверен, что ребенка в доме не было. Клайн специально возвращался в объятую пламенем пасть горящего здания лишь для того, чтобы в этом убедиться, и будь там дитя, паладин наверняка с присущим святошам героизмом вынес бы его из огня даже ценой собственной жизни. Ею он итак чуть не пожертвовал, из последних сил продираясь сквозь едкий, жгучий дым и нестерпимый жар, оседающий на коже и под ней, чтобы добраться до ребенка, отыскать его, и вряд ли он повернул бы назад до того, как убедился, что поиски тщетны. Поэтому пиромант никак не отзывается на слова старосты, не опровергает их заранее, но и не подтверждает вероятность утраты. С этим еще предстоит разобраться. Как раз поэтому дженази и спросил про последних пострадавших - если уж кто и знает, где был ребенок в момент пожара, так это его родители.
Но что-то не так. Какой-то странный вопрос срывается с губ церковника, будто о ребенке он слышит впервые и не может поверить собственным ушам. И стоит Блейзу услышать паладина, а затем перевести на него взгляд, пока его голос, набирая силу, искажаясь рыком и леденящей злобой царапает размеренную тишину, ему становится ясно - слова старика пошатнули уверенность парня, хоть он собственными глазами видел, что больше внутри дома некого спасать. И в той тираде, которой он разражается, больше отчаяния, чем гнева - словно речной поток, нашедший слабое место в плотине, на волю вырывается праведное негодование в адрес чужого бездействия, которое наверняка копилось так долго, что теперь церковник едва ли старается выбирать выражения, обвиняя старосту и непосредственного нанимателя во всех бедах, постигших эту деревню. По крайней мере тех, которые можно было предотвратить. И Блейз не спешит его останавливать. Даже на миг погружается в себя, когда слова Клайна отражаются в неровных осколках дерьмовых воспоминаний и вступают с ними в резонанс.
Да, искоренять угрозу стоит сразу же. Иначе сгореть могут все. Иначе жертв будет больше. Нельзя подвергать опасности остальных, ведь кто знает, как скоро это повторится...
Блять.
Дженази отсекает голоса из прошлого, разъяренные крики, въевшиеся в память, и поднимает взгляд на Ольхара, пытаясь считать  его реакцию. Но даже эта пламенная речь паладина не вызывает в нём ни страха, ни оскорбленного, острого взгляда. Будто он, готовый к нападке Клайнеля, успел возвести перед собой невидимый барьер и превратиться в статую, молчаливо выдерживая укор служителя Богини и лишь касаясь амулета на своей груди. Только это, кажется, выбешивает светловолосого еще сильнее. Настолько, что тот покидает помещение, даже не дождавшись ответа от того, кого клял секунды назад.

Тишина становится непроницаемой, как только стихает звук стремительных шагов по дощатому полу по ту сторону двери. Блейз медленно выдыхает, справляясь с собственным всколыхнувшимся гневом, ведь во многом церковник был прав, а для пылкого дженази злость была заразительной, служила маслом, которое выплеснули в его собственный огонь. И ему самому хочется подняться и выйти нахуй из этого тесного, провонявшего травами помещения, но не вслед за паладином - успокаивать Клайна незачем, бежать за ним не стоит, и выпустить пар иногда необходимо.
Я не буду задавать бесполезных вопросов о том, что вам удалось найти на поджигателя. Уверен, что нихера. Не буду спрашивать, пытались ли его подстеречь. И не буду говорить о том, что беды тупого стада лежат на совести пастуха. Но еще с одной проблемой я помогу справиться, по доброте душевной, — наёмник облизывает сухие, горячие губы, и вдыхает теплый, загустившийся воздух, жарким коконом обнимающий фигуру дженази. — Поджигатель отдаст душу пламени, как и его жертвы. А то вдруг и об это руки марать зассыте.
Кажется, Ольхар кивает в немом одобрении, не смея спорить. А быть может пиромант видит лишь то, что хочет видеть, потому что более не всматривается, бодро поднимаясь со своего места и направляясь к двери.

Вкус табачного дыма вычищает рецепторы, соскабливает с них запахи трав и спертого воздуха, и Блейз в первый раз затягивается еще до того, как пересечь широкий двор и добраться до калитки. Внучки Ольхара уже не видно, как и псины, цепь которой уходит в темный проем ладно сколоченной конуры. Не видно и Клайна, но вряд ли он остался на территории участка, решив здесь хорошенько осмотреться. Интересно, им теперь вообще заплатят после того обвинительного вердикта, который выдал паладин? Хотя, блять, какое это имеет значение теперь, когда отомстить поджигателю его же монетой захотелось с новой силой? Тот, кто пытается подчинить себе пламя, должен прочувствовать на себе момент, когда оно срывается с цепи. И пиромант готов это устроить.
А тебе идет мешать с дерьмом тех, кто этого заслуживает, — с неироничной усмешкой, в которой сквозит ненавязчивое одобрение, подает голос дженази, когда, отыскав Клайнеля за границей глухого забора, подходит ближе к нему, еще издалека стараясь оценить то, насколько он успел остыть. Не то чтобы Блейза пугал такой запал, но это не тот случай, когда хочется подогревать такое состояние.
Скорее уж у пироманта возникает совершенно противоположное, такое непривычное ему желание как-то ободрить своего теперь-уже-напарника. Ещё бы знать, как это делается...
Будешь? — да, глупо, конечно, предлагать самокрутку служителю Церкви, да еще и после того, как он недавно собственные легкие готов был выкашлять, но такой жест Блейз делает еще до того, как его обдумать. — А, блять, ну да... Вот. Чай наверняка был дерьмовым, а тебе даже запить нечем, — свободной рукой нащупав флягу сбоку рюкзака, наёмник снимает её и протягивает паладину, на этот раз полную чистейшей колодезной воды, все еще прохладной и даже нетронутой. И только после выдыхает дым в противоположную сторону, чтобы не касался чуткого носа белобрысого.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают,
Но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня.
Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

34

Зря сорвался.

Клайн стоял за забором, не помня как вообще выбрался из дома, прислоняясь спиной к разогретым солнцем доскам, из которых была сколочена не в меру крепкая ограда. Хоть в такую погоду остывать было проблематично, присутствие свежего воздуха, приносимого редким ветром, остужало куда лучше затхлого аромата дома старосты, насквозь пропитавшегося дряными травами.
Хвалёная маска ледяного спокойствия, так бережно поддерживаемая паладином, треснула, стоило замаячить вероятности того, что он не смог спасти кого-то. И сдерживаемые эмоции, по капле наполнявшие внутренний резерв ещё с ночного пожара, вырвались на свободу потоком. Что если он действительно ошибся, не сумев найти дитя?
Какой же из него последователь Богини, одаренный Её силой, если он не будет применять эту самую святую силу по прямому назначению? Если старикашка прав, если паладин действительно не смог кого-то спасти, то годами вбитое воспитание оборачивало случившееся в первую очередь укором ему самому - как приложившему недостаточно усилий - и не иллюзорно повисшая над головой смерть едва ли звучала весомым оправданием. Но грызущее чувство вины, подстёгиваемое сомнениями в собственной правоте, перенаправило его гнев на чужое бездействие.
В конце концов, Клайнель тоже был всего лишь обычным человеком.
Но всё ещё паладином, которого жизни людей беспокоили больше, нежели чем деньги.

— А тебе идет мешать с дерьмом тех, кто этого заслуживает. - Церковник неохотно повернул голову, смерив подошедшего дженази сложным взглядом, но ничего не ответил. Это не должно было звучать комплиментом, но отчего-то вид его внезапного напарника намекал, будто так оно и было. Недолго же он там внутри куковал наедине со старостой. На предложение самокрутки Клайн тихо вздохнул, помотав головой - не курил и не планировал заводить столь проблемную привычку - но на протянутую флягу невольно уставился. Это что, неловкие попытки приободрить? Но Блейз был прав - даже если игнорировать отравляющее послевкусие самого дерьмового чая в его жизни, в горле и без того пересохло от недавней пламенной речи.
- Спасибо. - Короткая благодарность, сопровожденная кивком - и паладин, недолго думая, припал губами к чужой фляге, сходу сделав парочку жадных глотков. На удивление, вода была ещё прохладной, словно её набрали не так давно. Будь иначе - и столь близкое соседство с огненным дженази явно не обошлось бы без последствий. Мельком Клайнель бросил внимательный взгляд на Блейза, всё так же учтиво устроившегося рядом так, чтобы на самого паладина не сносило столб белесого дыма.
Если так подумать, при всех "но" дженази выглядел на фоне деревенщин прямо образцом порядочности. А это, чёрт возьми, достижение не в пользу последних.
- Он ещё чего-нибудь интересного выдал? - Вернув голосу былой будничный тон поинтересовался церковник, хотя по его виду не особо было похоже, чтобы он верил в пользу старикашки. Хрен знает, чем этот старый пень занимался полдня, но явно ничем полезным для казалось бы самой насущной проблемы деревни. И самим людишкам словно было плевать - даже завидев заглянувшего на огонёк паладина не слетелись мотыльками, заваливая мольбами о помощи. Лишь воспоминания об этом заставляли вновь хмуриться, тратить силы на усмирение нараставшего в груди раздражения, которое внезапно затухло само - а подходили же. Пытались отвлечь, втолковать что-то, да Клайн сам всех послал подальше, предпочтя посвятить всё своё внимание  долгожданному ужину, а там уже и пожар случился... кхм, кто ж знал.
Тяжелый вздох, и паладин протянул опустевшую наполовину флягу обратно - надо будет озаботиться приобретением себе такой же, раз его вынужденное путешествие определенно планировало затянуться.
- Предлагаю заглянуть сначала к нашим последним погорельцам. Может они смогут сказать, с кем недавно настолько повздорили, что их аж убить пытались. - По горячим следам, так сказать. И, если повезёт, остальных спрашивать даже не придётся. Следовать совету Ольхара посетить их только вечером паладин совершенно не намеревался. - Если совсем плохи для разговора будут - сам подлатаю. Да и этот... - паладин запнулся, пытаясь подобрать более спокойные слова, чтобы в его речи не сквозило то презрение, которое всё ещё царило в душе. - староста, сдается мне, не особо вникал в дела деревни. - Скорее нихрена не видел дальше собственного носа своими слепыми глазенками, но Клайн подуспокоился достаточно, чтобы начать вновь следить за собственным языком. Но, честно говоря, его куда больше волновали недавно услышанные слова о ребенке - и было куда проще сходить сразу и услышать реальное положение дел непосредственно от самих родителей нежели чем бродить по деревне сжираемым собственной неуверенностью. Но об этой причине церковник умолчал, предпочтя не заваливать дженази собственными переживаниями, что вылились совсем недавно на чертового старикашку. Отчего-то стало неловко за подобный всплеск эмоций, невольным свидетелем которому стал этот огненный парень. - Или у тебя есть более светлые идеи? - Клайн перевёл усталый взгляд на наемника. Коль уж они теперь напарники поневоле, стоило учитывать мнение друг друга. И, раз своё паладин уже высказал, то сейчас терпеливо ожидал ответа.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilestatus] [/profilestatus]

+1

35

Кажется, недавний всплеск эмоций лишил паладина львиной доли его сил: голос стал каким-то сухим, взгляд потускнел, а в чертах лица проступила усталость. И Блейз сглатывает раздражение вместе с горьким дымом, вместе с теми словами, что так и кололи кончик языка. Такую подавленность в людях он ненавидел. Для того, кто заряжен энергией самой стихии, даже такой тон голоса - холодный и безэмоциональный - как скрежет металла по стеклу. Так и хочется хорошенько встряхнуть этого святошу, прорычать в лицо, что им обоим известно - ребенка там не было! Что верить квохтанию старпера - это последнее дело. И что даже если допустить худший вариант - спасти всех, блять, невозможно.
Но это неуместно. Неуместно и глупо. Не хватало еще разосраться, вызвав ответную и справедливую реакцию на идиотскую нападку, пускай и из благих побуждений вернуть Клайну едва не утраченную веру в то, что видел собственными глазами. Веру в себя. И впервые за долгое время наёмник избирает другую модель поведения: наступает на горло собственной вспыльчивости, держась за мысль о том, что не ему заниматься воодушевлением через ментальную пощечину и что напарнику это не нужно. Невольно в памяти всплывает собственная ненавистная слабость после того, как с избытком выпущенное пламя истощало его самого, не находя иного "топлива". Вряд ли ему в такие моменты помог бы блядский пинок под зад, побуждающий взбодриться. Более полезной стала бы опора, чье-то плечо, за которое он мог бы придержаться, если бы не гордость носителя крови ифрита, который от подобной помощи только бы отмахнулся.
Поэтому Блейз тихо выдыхает табачный дым с примесью серы, наблюдая за тем, как светловолосый пьет из предложенной фляги. А после с легким удовлетворением замечает, что вкус и свежесть прохладной водицы, судя по всему, помогли церковнику хоть немного отвлечься от разрушительной бури эмоций и того осадка, что после неё остался.

Да нихера, — не менее буднично отвечает наёмник на вопрос Клайна, принимая протянутую флягу и снова закрепляя её на рюкзаке, только теперь задумываясь, стоит ли таскать с собой всё своё добро, когда им предстоит обойти всю деревню в поиске ответов на возникшие вопросы. Но большую часть мыслей дженази всё же занимает не это. — Судя по его реакции, он всё-таки предполагал, что виновен может быть поджигатель из плоти и крови, а не какое-нибудь отродье из бездны или проклятье. Но раз люди всё еще верят во вмешательство потусторонних сил, дальше предположения дело не зашло, и наверняка никто не организовывал ни патрули, ни хоть какое-нибудь расследование. Но это только моё наблюдение.
На самом деле делиться  собственными мыслями и выводами странно. Обычно Блейз был одиночкой. Тем наёмником, который вступал в отряд только в том случае, когда необходимо было справиться с превосходящей его силы угрозой, и там уж не до обмена любезностями и разговоров по душам. Но сейчас и заказ был иного толка, и с Клайнелем можно было делиться мнением, а не горячо доказывать свою правоту, чтобы аж полыхало.
Да, давай сперва заскочим туда, — без труда соглашается он с предложением паладина, и как бы тот ни хотел скрыть причину, по которой его тянет именно к последним жертвам пожара, дженази всё итак уже понял. Убедиться  том, что ребенка в сгоревшем доме всё-таки не было, едва ли не первое, что им нужно сделать. Потому что Клайн как вздохнул тогда перед своей пламенной речью, так словно и не выдохнул... Не буквально, конечно, но голос такой, словно дыхание всё еще сперто. И сомнения, подтачивающие мысли и отвлекающие от расследования, которое требовало от них пораскинуть мозгами, были сейчас так же неуместны, как возможная попытка взбодрить церковника жгучим напалмом. — Уверен, что такому вопросу они удивятся, раз вся деревенщина считает, что тут замешана какая-то мракобесия. Только вот... заговорят они, если меня увидят? Вчерашнее представление с бесовым отродьем они пропустили, хоть я и успел их на руках потаскать.
Дженази звучно усмехается, поднимая взгляд к небу и по положению солнца определяя, в какой стороне север и куда идти, чтобы добраться до дома знахаря. А когда сделать это удается, делает последнюю затяжку и, затушив окурок мыском сапога и смахнув его куда-то в траву, кивком головы в нужную сторону призывает светловолосого идти за собой.
А ты что, думаешь, что пол деревни с этим любителем поджогов посралась? — уже следуя по главной дороге, интересуется пиромант, размышляя над фразой, сказанной Клайном. — Старпер вроде сказал, что первые жертвы были друг другу родней... И либо этот мудила выбирает случайные дома, либо нам придется выяснить, что их всех связывает.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, Но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

36

И ведь не спросил же, ни словом не обмолвился о случившемся, отчего-то решив не затрагивать недавнюю сцену, едва ли красящую паладина. И за это Клайн тоже был благодарен, но произносить вслух уже не стал - чтобы не спровоцировать случайно нежеланную тему. Тем проще было забить мозги раздумьями о вероятной личности поджигателя, пока они не доберутся до места и Клайнель не столкнётся с реальностью.
Задумчиво покивав на слова напарника, церковник внимательно слушал чужую речь, сопоставляя размышления дженази со своими. Как шустро-то к делу перешёл, хоть и отнекивался, что не по поиску всяких нашкодивших людишек. Но наемник подметил то, что и самого паладина обеспокоило.
- Не, мне тоже так показалось. С той разницей что, ну-у, знаешь, когда у людей потенциально нечисть всякая у дома разгуливает, они обычно берут самого быстрого коня и драпают в сторону ближайшей Церкви, чтобы вызвать служителей Богини, а не ждут всяких случайно проходивших мимо паладинов. - И четырех сожженных дотла домов. Против воли голос Клайнеля было окрасился стальными тонами, так что он, опомнившись, встряхнул головой, пытаясь сбросить вновь накатившую злость на этих деревенщин. Пусть он и вспылил недавно, ярости в нём было ещё предостаточно. - Но стоит заглянуть на пожарища и хорошенько их осмотреть. Такие твари обычно следят как не в себя, так что если это и правда вдруг дело нечисти - я учую. - И невольно пальцами поскрёб переносицу. Пусть Клайнель и сам не верил в вариант с нечистью, его всё же стоило окончательно отбросить.
Надо же, и согласился совершенно без каких-либо возражений. Неужели сходу догадался об истинной причине, по которой Клайн и стремился в первую очередь посетить именно спасенных ими людей? С учётом их недолгого знакомства, Клайн бы уже не удивился - Блейз оказался куда более внимательным ко всяким мелочам, чем ему казалось поначалу. Это же качество нехило могло бы подсобить в их текущей ситуации, так что оно и к лучшему.
- Я ж им не заговорю. - И снова не сдержавшись с тихим рыком отозвался церковник, после чего уже куда более спокойно продолжил. - Тогда придётся им ещё раз напомнить, кому в том числе они обязаны спасением своих жизней. - Невольно всплыл ночной разговор со старикашкой, когда Клайнель напомнил тот же факт уже ему. И ведь адекватным стариком поначалу показался, вот же чёрт... или это паладин совершенно не умел разбираться в людях? Оставалось надеяться, что, как бы хреново не сработало вчера его ослабленное лечение, пара в себя уже пришла.
Дождавшись, пока Блейз спокойно докурит самокрутку, церковник послушно двинулся за ним, на этот раз доверив выбор направления нынешнему напарнику. Раз уж он так уверенно направился куда-то - наверняка уже прикинул, в какую сторону им идти, чтобы добраться до искомых людишек.
- Ну не из большой же любви к пожарам тут всё горит? - Чёрт возьми, Блейз ещё и умудрился более-менее запомнить что там староста нёс? - Это же самое... логичное. - Закончил фразу Клайн уже менее уверенно. - Хотя ладно, кто знает, насколько у этого придурка беды с головой, может форма окон не понравилась или крыша слишком соломенная. - И, запнувшись, ещё раз взглядом зацепился за фигуру дженази, идущего совсем рядом. А ведь наемник, судя по всему багажу, таскаемому с собой, совершенно не планировал оставаться в этой проклятой богами деревушке ни секундой дольше после получения долгожданного мешочка с материальной благодарностью.
Которую им, к слову, тоже не выдали.
- Знаешь, мы вполне можем заглянуть по пути обратно в таверну. Явно ж придётся пошататься по всей деревне, прежде чем поймём в чём дело. - Да и не факт, что оно вообще одним днём ограничится. - Скинешь хоть вещи. Можешь даже в мой номер, если хочешь. - Чтобы не платить лишний раз за полноценно занятую комнату. И плечами пожал, что прекрасно поймёт нежелание дженази доверять свою честно заработанную экипировку какому-то проходимцу, пусть даже тот и являлся священником.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilestatus] [/profilestatus]

+1

37

Блейз с любопытством смотрит на своего спутника, лишь слегка приподняв бровь. Учует, значит? Паладины и такое могут? Тогда почему атаковал его, думая, что дженази - один из адских тварей? Ладно, там скорее сработал элемент неожиданности, да и вонь от крестьян, по мнению самого наёмника, перебить могла любую чуйку. Рыжеволосый выпускает в воздух облачко серого дыма и лишь пожимает плечами, так и не заметив, что сам полностью оправдал Клайна в своих мыслях, даже не задавая наводящих и провокационных вопросов.
Хотел сказать, что на местах предыдущих пожаров ловить нечего, потому что пламя наверняка стерло все, что указывало бы на прямое вмешательство, а следы либо размыло дождем, либо скрыла трава. Но раз так, то стоит заглянуть, — желание спросить, как это происходит, ему все-таки удаётся перебороть. Всё равно увидит весь процесс собственными глазами, и вряд ли это будет поиск по запаху, как рисует пироманту его воображение. Представлять церковника обнюхивающим остовы сгоревших домов, конечно, забавно, но даже по собственному опыту выявления магического следа Блейз мог предположить, что выглядеть это будет не так комично.
Клайнель всё еще раздражен. Это становится понятно по отголоску рыка в его голосе, когда дженази заранее предполагает реакцию людей, которые еще не успели полюбоваться человеком, чья голова объята пламенем, а во взгляде гуляют искры, но уже узнали, что дом их сгорел. Деревенщина раздражает его точно так же, как и наёмника, привыкшего если не к более мирному, то к менее узколобому обществу. Эти же словно не знали иных вариантов кроме недоверия, паники и нападок. И Блейз очень надеялся, что Клайн не сорвется снова, иначе в этой игре в двух стражников, ведущих допрос, роль плохого перекочует к тому, кто к этому совершенно не привык. Да и сдерживать паладина в его порыве отрезвить окриком или пробудить болезненным пинком задремавшую совесть ему не хотелось. Смотреть на это приятно, особенно когда весь этот рьяный посыл летит не в тебя.
Мне их признание нахуй не сдалось, как и лавры спасителя. Так что лучше тебе зайти первым и хотя бы просто предупредить о том, что я не тот, о ком они подумают в первую очередь.

Главная дорога не зря называется главной: широкая, заезженная колесами телег и копытами лошадей, пускающая ответвления из улочек поменьше, что теряются за боками построек, к самой окраине превращаясь в узкие тропки до самого подлеска. Ну и одним концом дорога упирается прямиком в забор старосты, как это принято. Поэтому, безошибочно определив направление, наёмник спокойно следует по указанному старостой маршруту, не ускоряя шаг, но и не плетясь так, словно он попросту решил прогуляться. Но так как дженази давно привык ходить слишком быстро, даже его спокойный шаг задает неплохую скорость, постепенно и уверенно приближая их к тому самому повороту, о котором упомянул старик.
Надеюсь, связь здесь действительно будет. Беспорядочные поджоги нас к цели не приведут, и скорее всего придется поджидать поджигателя, если не разузнаем больше, — рассуждает Блейз, впрочем, понимая, что пока это бесполезно. Пока они в самом начале, и продумывать дальнейшую тактику придется уже после сбора основных сведений. Однако, недовольный вздох все равно сдержать не удается. — И тогда придется задержаться, чего очень бы не хотелось. И подключать жителей деревни, раз это не пришло в седую голову того идиота, который всем заправляет. Если только поджигатель не среди них...
Этот вариант исключать точно нельзя. Поэтому и кричать о каждом углу об их расследовании точно не стоит. Говорить только с пострадавшими, ведь собственный дом спалил бы только идиот или тот, кто хочет отвести от себя подозрения, если к нему подберутся слишком близко. Последнее, правда, исключалось - за все время, пока полыхали дома и страдали невинные, у Ольхара даже не появилось подозреваемых, так что будь это кто-то из местных, наверняка сидит себе на жопе ровно и не ожидает подвоха.
Блейз поправляет лямку рюкзака, будто только после слов Клайнеля вспоминает, что он все еще болтается у него на плече. Конечно, набитым до краев он не был, но вес всей клади так или иначе ощущался, пускай и привычный. Да, таскать его с собой не стоило бы, но пиромант все же опасался за его содержимое - хозяйке трактира может стать слишком любопытно, что же таскает с собой огненный парень, и дженази жалел лишь о том, что не способен поставить огненную ловушку на случай проникновения. И все же мысль церковника звучит здраво...
Если только запрешь на ключ. Прятать мне особо нечего, но ненавижу, когда трогают мои шмотки. А если попытаются стащить лук, точно все пальцы переломаю, — хоть он и усмехается, звучит его предупреждение потенциальным воришкам действительно жутко. Лук, пожалуй, был единственным, что действительно мешало, но даже в отсутствие стрел оставлять оружие явно эльфийской работы без присмотра казалось очень вероятной возможностью его лишиться. — Ты хочешь захватить что-то из комнаты или...?
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Отредактировано Jester (2022-08-22 20:16:45)

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

38

Темп ходьбы, избранный дженази, едва ли смущал своей скоростью, и паладин без проблем сравнялся с наёмником, то и дело бросая косые взгляды на дома вокруг. Солнце уже было высоко, и полуденный жар загнал часть людей обратно в дома - чужие хмурые лица то и дело мелькали в окнах, неодобрительно провожая чужаков. Будешь тут весёлым, когда по деревне поджигатель шляется.
Правильные вещи говорил Блейз, ему и самому едва ли хотелось оставаться в столь неприветливом месте больше пары часов, но двадцать золотых - это всё ещё двадцать золотых, и рассчитывать на то, что работёнка выйдет всего на пару часов, едва ли приходилось. Будь это так просто - деревенские наверняка бы смогли вычислить негодяя самостоятельно.
- Вот этого я и боюсь. - Тихо отозвался Клайн, невольно шуганув какого-то мальчугана от распахнутых створок окна. Громкие разговоры с главной улицы имели все шансы достигнуть не тех ушей. - Деревенька-то - глухомань редкостная. Только проездом разве что сюда да попадешь. В таверне народу по пальцам пересчитать можно было, а постояльцев и того должно быть меньше. И если местные первым делом не проверили приезжих, то они... - церковник вновь затих, подбирая выражение помягче. Мнение о жителях у него уже было крайне невысоким, так что кто знает, может и проморгали самые очевидные варианты. Да-да, как у служителя Богини у него должно было быть побольше веры в людей, но Клайн был именно тем, кто в своё время активно выслушивал сборник чужих косяков, а потому в чужую безалаберность верил больше. - В общем, опросить бы их всех тихо, да только мы определенно не сможем не привлечь внимание поджигателя. Я крайне удивлюсь, если к вечеру о задании старикашки не будет гудеть вся деревня. - При всей улиточности деревенской жизни, слухи тут должны были разлетаться подобно горячим пирожкам.
- Разумеется запру. Мне так-то тоже без радости было бы недосчитаться своих собственных вещей. - Фыркнув, откликнулся паладин. Ему, в общем-то, было совершенно плевать, что там такого с собой такого секретного таскает Блейз, а у самого Клайна и воровать-то почти нечего было. Рука невольно потянулась вверх, коснувшись предплечья - того места, где обычно красовались наручи, что хранились сейчас в пустой комнате. - Нет, не сейчас. Не думаю, что мы ввяжемся в бой или что-то в этом духе. - Да даже если и да, то рядом с ним сейчас находился маг, которому едва ли была необходима экипировка для сотворения страшной огненной магии. Хотя наличие лука определенно сбивало с толку, паладин хорошо помнил едва не начавшуюся вчера ночью драку - и отбивался Блейз от деревенских мстителей нихрена не резной деревяшкой, чем и вызвал у народа дополнительную панику.

Таверна встретила их уже знакомой полутьмой и прохладой, но Клайн, не задерживаясь, невозмутимо повёл их наверх по лестнице во тьму коридора. Недолгое шуршание ключа в замочной скважине - и паладин распахнул дверь собственной комнаты, с трудом сдержавшись от того, чтобы театральным жестом пригласить Блейза войти внутрь, ограничившись лишь кивком. Маленькое помещение, в котором едва ли помещались кровать и тумбочка, выглядело точно так же, каким его и оставлял Клайнель немногим ранее - с самостоятельно заправленным одеялом и комплектом доспехов, сиротливо расположившемся прямо на нём в обнимку с цепом. Ну не на пол же было кидать свои вещи. Большего у паладина и не было - ни рюкзака с минимально необходимым набором для маломальски длительного путешествия, ни заплечного мешка с хоть каким-нибудь содержимым. Дождавшись, пока наемник скинет свою экипировку и выберется наружу, паладин запер дверь и направился за дженази на улицу, направляясь на этот раз к их погорельцам.

Совсем немного времени спустя столь бодрым шагом они успешно подобрались к тому самому повороту, который по всей видимости и считался последним. За густой травой чуть дальше виднелась ещё одна тропа, но она едва ли выглядела полноценной дорогой, с которой стоило считаться. С трудом сдержав вырвавшийся тяжелый вздох, паладин смиренно вытащил из-за пояса темные тряпичные перчатки, привычным движением вновь натянув их на руки. Не то чтобы ему нравилось закутываться ещё сильнее под столь палящим солнцем, но в доме знахаря всего лишь парочкой пострадавших дело может и не ограничиться, а лишний раз дотрагиваться до людей паладин не любил. Его святая магия почти во всём требовала прикосновения - как необходимого жеста, позволявшего поделиться силой с ближним своим - но тонкая ткань делала этот процесс чуть более терпимым, словно создавая незримую преграду между жаждущими помощи и самим церковником.
Дом знахаря отчего-то угадывался сразу, даже считать не пришлось. На удивление тёмное здание, словно вобравшее в себя болезни и страдания тех несчастных, что вынуждены были ночевать в его стенах. Паладин невольно поёжился, сжав руки в кулаки - то ли от затхлой сырой атмосферы, которой так и веяло от хижины, то ли от мрачного предвкушения грядущих разборок.
- К чёрту всё. - Совсем тихо себе под нос бросил церковник, толкая приоткрытую старую дверь, ответившую надрывным скрипом, что оповестил сидевших внутри о новых посетителях. И снова навалившийся полумрак, и снова запах трав - на этот раз отдающих узнаваемой лекарственной нотой. Если б не словно физически ощущаемый на языке привкус болезни - почти как их лазарет. Хотя нет, и эта черта была схожа.
Имя знахаря он не запомнил.
- Здравствуйте. Здесь отдыхают Марта и Джером? - А вот имена вчерашних спасаемых - да. Сам же паладин уже не выглядел так хмуро, напялив привычную маску, на этот раз вещавшую о вежливом беспокойстве. Будто и не грызло ничего изнутри, и не было того возмущения, что едва ли не грозило вновь выплеснуться на улице совсем недавно. Уставший сутулый мужчина перед тем как ответить смерил вошедших долгим взглядом - сначала явно зацепившись за светлые, пусть и попачканные пеплом одежды паладина, после внимательно оценившим огненного дженази, искрящего где-то за спиной Клайна - и затем неохотно кивнул, признав гостей.
- Да, здесь оба - надышались вчера в огне.
- С ними можно поговорить? - Чистая вежливость, ведь разговаривать Клайнель планировал в любом случае. Но знахарь явно задумался. Цель визита, пожалуй, была слишком очевидна для отказа, да и именно церковник вчера исцелением не позволил им помереть прямо на улице.
- Не в лучшем они сейчас состоянии, спят почти с самой ночи. Но можете проведать. Ближайшая комната слева. - Бегло поблагодарив мужчину, паладин направился к указанной двери, нервно промахнувшись мимо ручки, но тут же исправившись и зайдя внутрь. И правда спали с таким мятым видом, будто ещё где-то по пути к дому знахаря умудрились встрять. С глубоким вздохом светловолосый парень поочерёдно коснулся пострадавших, одарив их волной исцеления - сработавшего до омерзительного точно - и устроился на одном из стульев у окна, кивком указав Блейзу на второй.
- Минут пять и сами проснутся, так что я бы подождал. В лучшем настроении будут. - Или же он просто старательно цеплялся за любую возможность оттянуть момент неприятного разговора.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilestatus] [/profilestatus]

+1

39

В голову не приходит дельных вариантов, как можно опросить всех тихо. Если разговаривать только с погорельцами, проблемы не будет - самим же будет выгоднее молчать, а не распускать слухи о том, зачем к ним наведывались двое чужаков. Но сам факт того, что они поочередно посетят всех жертв ревущей стихии, а после этого еще и порыскают в местах преступлений, уже должно будет насторожить поджигателя. На его месте Блейз бы следил. Присматривал бы за теми двумя, что предотвратили смерти обреченных им же людей, а затем решили еще и сунуть свой нос поглубже в рыхлый пепел с фрагментами костей и головешек, лишь бы напасть на след любителя пламени. На его месте Блейз залег бы на дно и избавился ото всего, что могло бы вывести на его след: от колб с маслом до испачканной им же одежды. Но насколько умен настоящий преступник и что им движет - та еще загадка. Хочешь поймать убийцу - думай как убийца. Но если это поехавший на голову психопат, тут уж разница мышления может сказаться не в сторону дженази. Сам он наверняка проделал бы это чище.
Если бы это был кто-то из приезжих, нам бы о нём сказали, — прикидывает он вариант, озвученный Клайном, и в задумчивости потирает подбородок. — Для того, чтобы устроить такое количество пожаров, ему пришлось бы задержаться, и это бросилось бы в глаза, учитывая, что с момента его появления дома и начали гореть. Тут уж даже у этого деревенского сброда возникли бы подозрения насчет чужака. Но отметать такой вариант тоже не стоит. Иногда ответ на все вопросы лежит на поверхности, пока все забивают на него хер, потому что он самый очевидный и простой.
В остальном паладин был прав. Вскоре все внимание будет направлено на них, шепотки польются в спину с удвоенной силой, и тогда общение с людьми может не сложиться. Жалкие идиоты любят все приукрасить. Сколько раз наёмнику доводилось выслушивать пьяные россказни глупцов, которые выдавали себя за очевидцев нашумевших событий? Тех, кто видел, как дракон сжигает деревню, и чудом сумели спастись. Тех, кто вытаскивал крестьян из гоблинского плена, по счастливой случайности оказавшись рядом? Тех, кто видел тени в окнах заброшенного особняка, где по поверьям водятся призраки? И такой трёп был едва ли не хуже молчания. Псевдоочевидцы, желающие внести вклад в общее дело, хуже базарных баб - в сплетнях торгашек, перемывающих всем кости, хотя бы иногда можно найти зерно истины.

Размышления приходится прервать - в таверне, в которую они решили заглянуть, чтобы скинуть лишний балласт, тоже лишний раз трепаться не стоит, особенно если среди постояльцев может оказаться искомый ими поджигатель. Так что дженази с абсолютно непроницаемым выражением лица следует за Клайнелем через главный зал, затем по лестнице, вплоть до его комнаты, где и оставляет рюкзак, для надежности запрятав его под простенькую деревянную койку. Лук оставляет там же, убедившись, что паладин не собирается брать с собой оружие. А вот полупустую флягу с водой вешает на бедро, рядышком с одиноким кинжалом, убранным в неприметные ножны. Самокрутки отправляются в карман плаща, обмотанные лоскутком кожи для большей сохранности. И к гадалке не ходи, а желание закурить у Блейза в ближайшие часы возникнет еще не раз.

Широкая дорога, связующая противоположные концы деревни, оказалась намного короче, чем казалось на первый взгляд. И то ли палящее солнце успело доканать их обоих, то ли каждый погрузился в свои мысли, но до нужного поворота паладин и наёмник добрались практически в полной тишине. Правда, не той, что преследовала их по пути к дому старосты - на этот раз не было этого раздражающего ощущения недосказанности пополам с нежеланием лишний раз рот раскрыть, лишь бы не прослыть болтливым идиотом, не способным заткнуться. О той ситуации Блейз уже и думать забыл - мысли были заняты другим, да и церковник сейчас воспринимался совсем по-другому, стоило только ввязаться в одно дело на двоих и подписать себя на командную работу. И сейчас, глядя на мрачное здание, серой тенью возвышающееся среди ровненьких и чистых построек, Блейз хмурится не от застоявшегося молчания, а от предчувствия, что ему здесь точно будут не рады. Идея заходить внутрь до того, как Клайн предупредит пострадавших о странном госте, любовно пригревшем в себе ту силу, что совсем недавно лишила их родового гнезда, все еще кажется ему херовой до невозможности. Но еще до того, как он успевает это озвучить, паладин достает перчатки и прячет в них бледные кисти рук, словно опасаясь подхватить заразу в том месте, куда им предстоит зайти.
Это еще зачем? — с легкой настороженностью интересуется дженази, но так тихо, что сам едва слышит собственный голос. А спустя мгновение уже встряхивает волосами, сбивая с длинных прядей несколько слабых искр, и возвращает своему лицу то самое выражение, которое обычно подсказывало окружающим, что спорить с ним не стоит и держаться лучше на почтительном расстоянии. Показывать собственную неуверенность и опаску перед церковником он не собирается, и уж тем более выдавать свою нелюбовь к обителям, где болезни, смерть и исцеление переплетаются настолько плотно, что никогда не угадаешь, которая из змей поднимет свою голову. Более того, Блейз знает, что Клайнеля сейчас терзают куда большие сомнения, которые он столь же тщательно пытается скрыть, и хера с два пиромант станет ошиваться на пороге дома местного врачевателя в тот момент, когда его спутнику придется услышать правду о том, что произошло или не произошло с ребенком.
И все же, когда они заходят, дверь дженази придерживает плечом, а не ладонью. На всякий случай.

Со знахарем наёмник обменивается лишь сдержанным кивком, не выражая в нем ни почтения, ни какой-либо радости от подобной встречи. Просто дежурное приветствие, раз уж им предстоит войти в его дом, не более того. Интонации паладина интересуют его куда больше - тот словно в одну секунду переключается, выдает более уместные эмоции для того, кто всего лишь зашел справиться о здоровье спасенных им людей, и даже наверняка с его подачи хмурый огненный тип возвышается сейчас за его плечом. Чтобы, мол, приобщался к чему-то светлому.  Сам же Блейз разыгрывать беспокойство даже не пытается: скорее его лицо искривится в презрительной гримасе, нежели выдаст что-то правдоподобное.
Но их все же впускают к пострадавшим.
Пиромант послушно бредет за Клайном, заходит следом в ту комнату, куда их направил знахарь, и тихонько прикрывает за собой дверь, будто скрип несмазанных петель способен пробудить спасенных из едкого дыма людей. То, что они все еще спят, его немного успокаивает. Но то, что скоро им предстоит очнуться, вызывает нехорошее предчувствие. Почти такое же, как и у самого церковника, но все же иного рода...
Ты их подлечил? — да, свечение, сорвавшееся с кончиков пальцев паладина, вряд ли было чем-то иным, но наёмнику казалось, что исцеление должно срабатывать сразу. Крайне нехотя Блейз всё же присаживается рядом - хотя бы ради того, чтобы не наворачивать круги по тесной комнатке лазарета - и одним движением накидывает на голову черный капюшон, пряча под него яркое пламя волос. Рыжие всполохи глаз и сияние тонких узоров на сероватой коже скрыть, конечно, сложнее, но такая маскировка хотя бы отчасти избавит несчастных от возможного шока. — То, что ты делаешь... ты ведь не свою энергию отдаешь за возможность исцелять? Такая жертвенность была бы вполне в духе Церкви, но я надеюсь, что это все-таки работает не так, — пиромант с тихим вздохом смотрит на собственную ладонь, а затем прячет её, скрещивая руки на груди. — Хотя мне известен только такой метод...
Конечно, он мог бы спросить о чем-то более насущном. Например о том, что им говорить этим двоим, когда они очнутся, а о чем стоит умолчать. О том, стоит ли упоминать дитя или сперва проверить реакцию до того, как задавать наводящие вопросы. О том, кто будет вести переговоры и стоит ли проводить допрос сразу же после пробуждения. Но сейчас хочется хоть немного отвлечь и самого Клайна от этих гребанных мыслей, которые болезненно распирают черепную коробку изнутри, пока мутный и тяжелый запах трав давит снаружи. И лучше всего для уничтожения внутренней неуверенности подходит именно разговор о том, в чем ты действительно уверен.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Отредактировано Jester (2022-08-24 19:57:16)

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

40

Стылый воздух, пропитанный шлейфом лекарственных трав, так и хочется разбавить притоком свежего воздуха, но старое покосившееся окошко выглядело так, словно грозилось развалиться на щепки от малейшего неосторожного прикосновения. Да и воздух снаружи едва ли прохладен, будучи раскаленным щедрыми лучами солнца, отрабатывающего последний месяц властвования своего сезона. Но какого-то движения хотелось.
На прозвучавший вопрос паладин лишь кивнул, попытавшись устроиться на разваливающемся стуле чуть более удобно. Получалось плохо - тело, взвинченное тщательно подавляемой нервозностью, жаждало сорваться с места, сделать хоть что-нибудь, кинуться вперёд на звук пробудившихся людишек, только разве ж это хоть как-то смогло бы помочь ситуации. Вот и сидел церковник будто на иголках, привычно закинув ногу на ногу и бросая косые взгляды на спящих людей, что скоро должны были очнуться. Будь Клайнель в менее хреновом расположении духа - одобрительно бы хмыкнул на попытки дженази скрыть за тьмой капюшона ворох огненно-рыжих волос, ведь и в самом деле невольно действовать на нервы людям, чуть не сгинувшим в пожаре, не стоило, но сейчас сам церковник был слишком поглощён собственными неутешительными мыслями, пытаясь взять себя в руки. Пусть рядом с Блейзом он и не чувствовал внутренней нужды придерживаться маски самого обыкновенного священника, преисполненного терпением и любовью к ближнему своему, даже краткое общение с другими людьми - теми, кто остро нуждался именно в этой его роли - заставляло невольно прятаться за фальшивым доброжелательным выражением лица. Улыбнуться, успокоить, приободрить - он обязан был быть тем, к кому обращаются за помощью, и едва ли сам имел право на подобную слабость.
Даже если и самому такое порой тоже было необходимо.
На очередной вопрос дженази, разорвавший было повисшую тишину, Клайн поддается, выныривая из назойливых мыслей, что утягивали всё дальше вглубь себя, чуть наклонив голову вбок от неожиданно прозвучавшей темы.
- Если бы я платил за каждое исцеление собственной жизнью, ненадолго бы меня хватило. - Взгляд алых глаз паладина невольно задержался на видневшейся пряди собственных белоснежных волос, которую он пропустил между тонкими пальцами - их бесцветность никак не была связана с его непрошенной щедростью в восстановлении других. Обычно никто не спрашивал его о нюансах священной силы - в Церкви все и без этого прекрасно были в курсе, как что работает, а прихожанам подобное было едва ли нужнее желанных чуда и успокоения, за которыми они и шли штурмовать стены ближайшего собора. Но любопытство Блейза гасить собственным пренебрежением не хочется, да и чем-то раздражающим оно не кажется, а потому Клайнель продолжает тихо говорить, боясь излишней громкостью разбудить раньше времени спящих погорельцев:
- Божественная магия позволяет идти на множество уступок, когда дело касается благословений или восстановления, иначе было бы трудновато нести слово Богини в массы и творить чудеса от Её имени. На то это и Её сила. - В речи паладина едва ли скользит фанатизм, который можно было бы оправданно ожидать в такой ситуации - но нет, Клайн совершенно спокойно упоминает то, что и сам считает лишь фактом, позволяющим ему делиться дарованной силой с другими без каких-либо серьёзных ограничений и платы, которую Богиня любезно брала на себя. - Подобная сила во многом похожа на обычную магию. Так же требует накопления и определенного мастерства, чтобы не косячить. Но это дарованная мощь - и бог, поделившийся ею, может легко забрать её обратно, если ему что-то не понравится. - Пусть дженази об этом и не спрашивал, отчего-то церковник в объяснениях ушёл чуть дальше, чем планировал, отрешенно уставившись в мутное окно, за которым виднелась зелень укрывшего дом прохладной тенью раскидистого куста. Верно ж ведь, его хвалёная святая сила - подарок и привилегия, а не врождённое право. И подобное соглашение требовало от одаренного следовать правилам в ответ, боясь оступиться и чем-то разгневать собственного бога. Но вот он, собственной персоной - беглец и носитель неизвестной дряни - и даже этого послужного списка не хватило, чтобы Богиня отвернулась от него, лишив уже ставшей почти родной магии. Пусть путь Клайнеля и не озарялся божественным светом аж до желаемой точки прибытия, струящаяся в венах энергия придавала сил идти дальше.
В конце концов, он не остался посреди всего этого дерьма в кромешном одиночестве.
- А ты сталкивался с... подобными целителями? - Паладин невольно запнулся, пытаясь оформить возникший внутри вопрос, отказываясь сидеть дальше в молчаливом ожидании чтобы не погрязнуть вновь в утомительных размышлениях уже о собственных проблемах. О других способах лечения помимо божественной силы и трав Клайн не знал, лишенный необходимости выяснять подобное, и потому подобные методы применения магии его немало смутили - такая самоотверженность и самому церковнику казалось излишней и неуместной. Хотя осуждал этот подход тот, кто и сам был не против кинуться в самое пекло ради спасения чужих жизней - а это потенциально куда более одноразовая помощь.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilestatus] [/profilestatus][profilename]Клайнель[/profilename]

Отредактировано Baden (2022-08-24 21:32:58)

+1

41

Блейз переводит на Клайна внимательный взгляд. В полутьме тесной комнатки, куда едва просачивается столь яркий снаружи свет летнего солнца, не прикрытого вуалью облаков, его силуэт кажется ярким пятном. Белизна на фоне старого дерева, дощатых стен и поблекшего потолка с темным налетом, оставленным дымом свечей и паром отваров за все те годы, что стоит это здание. Почти так же, как это было внутри горящего здания - отголосок света в пучине терпкого, горького дыма. Но сейчас горечью отдают лишь ароматы трав. И дышать дженази старается реже, будто это оградит его чутье от всех тех запахов, которые отсюда не вытравил бы даже самый сильный сквозняк.
А часто приходилось? — следует вопрос пироманта вслед за словами паладина о том, что исцеляй он таким способом, наверняка не сидел бы здесь, ожидая, пока спасенные им люди придут в себя. Но прочим объяснениям Блейз не мешает, внимательно вслушиваясь и ни на секунду не принимая той скучающий вид, когда на простой вопрос собеседник пытался выдать слишком много бесполезной информации. Нет, ему было действительно любопытно. Сталкиваться с той силой, которую дарили боги, ему не приходилось - ни чувствовать самому, ни наблюдать воочию даже в том месте, где он родился и вырос. Но представить себе, какового это - пользоваться силой взаймы - у него так и не получилось. Принцип понятен, но стоит поставить себя на чужое место, и иллюзорная нервозность тотчас же поселяется в теле. Играть по правилам богов, чтобы в определенный момент они не оставили тебя, большой риск. Незримые сущности, даже источающие самый яркий свет, могли быть непредсказуемы в своём велении, а в каре - жестоки. Но дженази не озвучивает эти мысли вслух, предпочитая слушать церковника, а не подогревать его паранойю, если вдруг он когда-либо уже задумывался о таких раскладах, принимая те решения, которых от него ждут, а не те, к которым подталкивало собственное сердце.
Мне даже интересно, как можно накосячить с исцелением, — наёмник слегка усмехается, ненадолго отводя взгляд и устремляя его на улицу, туда же, куда направлял его Клайн, пока говорил. — Разве что помимо ран зарастить те отверстия, которые жизненно необходимы?
Ненавязчивая шутка звучит не слишком уместно, и потомок ифритов вновь становится серьезным, когда слышит следующий вопрос, адресованный уже ему.
Да, знал одного, — негромко отвечает он, а взгляд мерцающих пламенем глаз мутнеет, будто Блейз погружается в воспоминания и заглядывает прямиком в них, чтобы ответить максимально правдиво и не упустить важных деталей. — В свои тридцать он был полностью седым, как-будто собственная сила выпила из него все краски. Ты... — Блейз концентрирует взгляд на паладине, на секунду замолкает, словно решая, стоит ли говорить это вслух. Но пауза не длится слишком долго. Её едва ли можно заметить, — ...похож на снег, а он был как зола на прогоревших поленьях. Такой же бесцветный. Чаще он лечил травами, это удавалось ему слишком хорошо. Но в час нужды, когда на кону стояла жизнь, он выкупал её собственной... Сейчас я понимаю, что это была некромантия, и в здешних землях его наверняка сгноили бы за такие методы. Но ценность его жертвы трудно было недооценить.
После этих слов наёмник морщится. Что-то его занесло в повествование в духе родных краёв, осталось приправить рассказ витиеватыми фразами и сделать голос еще спокойнее и мягче. Аж мерзко. Так и хочется встряхнуться, сбросить с себя ту ностальгию, что пробуждает духота и мириады запахов, от которых так просто не избавиться, даже если задержать дыхание. Но атмосфера этого места давит до боли в висках и усталости во всем теле. Может, это потому, что пожрать наёмнику так и не удалось еще со вчерашнего вечера?
В общем, я просто хотел убедиться, что цена за твоё исцеление не так высока, но как-то не подумал, что вряд ли ты стал бы разменивать годы жизни, лишь бы всё утро не любоваться на мой синяк на пол ебала, — тихо фыркает Блейз, стараясь вернуть себе тот привычный норов, с которым Клайнель уже был знаком. И вовсе это не беспокойство. Так, холодный просчет и попытка понять, не истощит ли каждое такое применение сил внутренний резерв паладина ещё до встречи с поджигателем. Но это пиромант не озвучивает вслух, не желая касаться этой темы в данный момент и в этом самом месте.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

42

- Исцелять? Полагаю чаще, чем ты думаешь. - Будто кто позволил бы священнику, одаренному силой Богини, сидеть без дела. Она хоть и была щедрой в своих дарах, но едва ли раскидывалась святостью в каждого встречного, напялившего на себя церковные робы.
На удивление Блейз не спешит перебивать, послушно внимая импровизированной лекции. Или из внезапного приступа вежливости, или действительно из-за любопытства сталкивания с тем аспектом магии, которой не так часто увидишь в обыденной жизни. Внезапное уточнение Блейза заставило Клайнеля тихо фыркнуть, припоминая чужие косяки, с которыми приходилось сталкиваться ещё в стенах святого собора: - Поверь, ты бы не хотел столкнуться с таким лечением. Если тебя, конечно, не обрадовала бы перспектива обзавестись парочкой лишних костей или конечностей... или недосчитаться уже имеющихся. - Паладин пожал плечами. Конечно здорово было бы просто натравливать магию на раненого с приказом "лечи", а дальше уж она как-нибудь сама, но определенной осознанности даже столь безобидные заклинания восстановления требовали, чтобы не залечить случайно то, что в исцелении и без этого не нуждалось.
"Знал".
Так вот откуда эта обеспокоенность. Клайн стих, скрестив руки на груди, внимательно слушая тихий рассказ дженази, поглощённого воспоминаниями. И, пусть сравнение себя со снегом его на миг смутило, заставив невольно отвести взгляд, чужую речь Клайн ловил жадно, будто боясь упустить нечто крайне важное. На неожиданные слова о том, что этот целитель оказался некромантом, церковник удивленно распахнул алые глаза. Тёмный маг, обладающий подобной самоотверженностью в лечении других? Прав был Блейз - вне зависимости от пользы и заслуг некромантия была запрещенной магией, а потому каждый её последователь на территории, оберегаемой Церковью, подвергался гонениям вне зависимости от мотивов, что заставили человека нырнуть с головой в объятья тьмы и зловещей силы, что обманчиво даровала она в ответ на призыв себя. Если святая магия была той, что старалась оберегать своего носителя, то тьма жаждала платы - и зачастую платы кровью. Или собственной жизнью, как в этом случае.
Хотелось что-то сказать, но Клайнель просто не мог придумать ничего, что могло бы прозвучать после такого рассказа. Но один аспект его определенно приободрил - если среди тёмных встречались такие люди, что точно так же не щадили себя ради спасения других, то кто знает, может и ему подвернётся случай натолкнуться на подобного вне своей роли церковника?
- Я выгляжу так вовсе не из-за святой силы. - Тихо заметил паладин. Уж не решил ли Блейз часом, что подобная светлость не только в одежде куда более юного парня является результатом злостной растраты собственных сил? Думать так было приятнее, нежели чем вспоминать чужие выпады про кровавый цвет глаз и ненормальную белизну волос, "явно" связанных с чем-то демоническим. Хоть дженази точно так же звали за глаза демоном - он легко мог опровергнуть нападки самим фактом существования собственной расы. У Клайна, как у человека, подобного оправдания уже не было. И даже символы Церкви и святая магия некоторым особо упёртым личностям не затыкали рот.
И всё же чужая шутка заставила его вновь фыркнуть, слабо улыбнувшись - впервые с тех пор, как они покинули стены проклятого дома старикашки. - Ну, если подобная плата избавила бы меня от твоего ворчания на время расследования, я бы даже в таком случае всерьёз задумался о том, что оно того определенно стоит. - Паладин скромно умолчал, что это, по факту, было ещё и благодарностью за спасение собственной жизни, о чём сам Клайн и не смел забывать, не считая подобное достаточной платой. Но вслух он это, конечно же, не сказал. И без того неожиданное чужое беспокойство, плохо спрятанное за усмешкой, немало сбивало с толку, и внезапно захотелось его как-то унять. - Парочка лишних заклинаний в день меня не истощит. - Пусть даже если волнение наемника было вызвано исключительно переживанием о том, чтобы паладин не выбыл с их совместного задания раньше времени, растратив себя на менее важные вещи.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

43

Фраза о неудачном исцелении отчего-то звучит слишком правдоподобно, будто Клайн попросту забыл добавить к ней интонацию насмешки. И не будь Блейз хоть немного осведомлен о том, как в действительности работает магическое восстановление поврежденных тканей и органов, и не испытай он этого на себе хоть раз, наверняка бы даже повелся. Возможно, воображение даже подкинуло бы ему несколько образов тех несчастных, за которых со слишком рьяным старанием взялся какой-нибудь новичок или самоучка, непременно переусердствовав при этом, и от этого дженази бы даже незаметно поёжился. Но он вовремя понимает, что церковник поддержал его не слишком удачную шутку, и на губах вновь появляется лукавая усмешка.
Пара конечностей лишней не бывает. Лишь бы работали как надо, а не жили своей жизнью, — пожимает плечами пиромант, вспоминая все те разы, когда двух рук действительно не хватало. Наверное, с таким вообще каждый из ныне живущих сталкивался, причем в самых бытовых вопросах. Чего уж говорить о наёмнике, который привык работать в одиночку?
Но то русло, в которое перетекает их спокойная  беседа, стирает след былого веселья, стоит завести разговор о чем-то более серьезном и поддаться водовороту памяти, который, раскрыв голодную воронку посреди мутной реки, затягивает Блейза в то время, когда он ещё не был наёмником, не знал порядков далеких земель и познавал необъятный, как ему казалось, мир, который заканчивался на границе древнего как сам этот континент леса.
Тот некромант не был ему другом. Не был наставником и лишь наполовину мог называться собратом. Воспоминание о нём и вовсе становится для дженази неожиданностью - всплывает само по себе спустя полтора десятка лет лишь потому, что Клайнель дарует кому-то исцеление, но при этом выглядит настолько уставшим. Прямо как тот мужчина с седыми волосами и бледной, тонкой словно пергамент кожей, который так и не дожил до сорока.
Рассказ о нём вызывает у паладина заметное изумление, и если бы не отголосок давно минувших времен, которые Блейз предпочел бы забыть, он бы даже возликовал от столь явной реакции. Но сейчас он лишь присматривается внимательнее, думая, что упоминание о запрещенной магии вызовет в алых глазах напротив стальной блеск неприязни или жгучее презрение. Но тот отклик, который он получает от светловолосого парня, вовсе не такой, каким его ожидаешь увидеть от служителя Церкви. Да, Клайн не перестает его удивлять... Ни слова о том, насколько презренно темное искусство, даже направленное во благо. Ни слова о том, что манипуляции энергией жизни и смерти оскорбляют богов и заслуживают кары. Церковник думает своей головой, и убедиться в этом в очередной раз даже по-своему приятно. Фанатиков и однобоко мыслящих засранцев Блейз не то чтобы не переваривал, а даже пробовать бы не стал.
А вот пояснение о том, что облик достался паладину вопреки его связи со священной силой, подаренной самой Богиней, вызывает удивление уже у самого дженази. Об этом он как-то и не подумал. Более того, наёмник даже не придал особого значения такому странному и неестественному для людской расы сочетанию цветов во внешности собеседника ни во время их первой встречи, ни после... Ему ли рассуждать об этом? Тому, кто так разительно отличался ото всех, с кем был знаком и кто его окружал?
Я знаю, — пиромант кивает с легкой усмешкой, лишь теперь невольно подмечая те детали, которые ранее показались ему гармоничными и даже не вызвали вопросов. Усталость Клайна - да, но не рябиново-алый цвет его глаз в ореоле снежной белизны.  — Я видел других паладинов и служителей Церкви. Издалека, конечно, но все они выглядели пиздец как скучно, не считая доспехов.
Дженази удовлетворенно фыркает, показательно скрывая смешок за надменной ворчливостью, когда светловолосый парирует его шутку, мимолетно подпуская к своим губам улыбку. Да, вот так ему нравилось больше. Так привычнее, хоть и знакомы-то они меньше суток.
Ладно, — тянет он театрально, словно делает одолжение, и со строгим прищуром всматривается в глаза церковника. — Но я за тобой слежу.
Хотелось сказать что-то еще, подначить еще немного, но звук сиплого вдоха с противоположной стороны комнаты отвлекает наёмника и заставляет его перевести взгляд на очнувшихся людей. Следом за вздохом следует кашель, и в глухой тишине тесной комнаты он кажется особенно громким. Блейз наблюдает за тем, как на локте привстает молодая женщина с темными, рассыпавшимися по плечам волосами, и, словно не сразу замечая присутствие кого-либо еще, осматривает комнату, которая слишком отличается от той, в которой она засыпала. Её муж, как раз заходящийся в кашле, пока жмурится, удерживая ладонь на уровне легких. Кажется, резкий вздох напрочь выбил бедняге дыхалку.
Блять, а ведь они так и не успели обсудить, с чего начать... Но первое, что делает Блейз, так это надвигает свободный темный капюшон пониже, пытаясь спрятать даже глаза на случай, если эти двое все-таки взглянут в его сторону. Стоило бы предложить воды, но он слишком хорошо понимал, как будет выглядеть, если рыпнется с флягой к едва пришедшим в себя деревенским, даже если они понятия не имеют, что в обители знахаря они оказались по вине пожара, стершего с лица земли их дом. К тому же... воду он брал не для них.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

44

Жгучий и очевидно оценивающий взгляд дженази Клайнель выдерживает с подавляемым внутренним ворчанием, но сохраняет спокойное выражение лица, на этот раз не отводя взгляда алых глаз, так и быть в качестве небольшого послабления позволяя вновь взглянуть на себя. Кажется Блейз и правда был слегка удивлён тем, что деятельность паладина никак не была связана с его внешностью... а может наёмник просто не особо обращал внимание на подобное отличие от привычного облика людской расы, будучи самим представителем далеко не самой распространенной. Всё же в плане эффектности внешнего вида с огненным дженази было трудно соперничать, да и в людях он разбираться был не обязан, а излишек назойливого внимания к собственной персоне, судя по всему, Блейза раздражал не меньше самого Клайна. И лишь поэтому церковник сдерживается, чтобы не фыркнуть открыто, пусть до дрожи не любил, когда его так неприкрыто рассматривали - хоть и не отражалось в чужих огненных глазах привычного недоверия или презрения, к которым он уже привык.
Впрочем, то ли Блейзу хватило тактичности отшутиться и не задавать более вопросов на эту тему, то ли он просто нашел этот факт не особо интересующим, но дженази не стал акцентировать на этом собственное внимание и задавать идиотских вопросов.
Но, услышав обманчиво строгое предостережение наёмника, церковник и сам расслабляется, всё же не сдержавшись и усмехнувшись в ответ. Следит он, ага. За кем тут ещё из них двоих следить надо.

В другой ситуации Клайнель определенно решил бы, что прерванный надрывным кашлем разговор - к счастью, ведь погорельцы наконец-то начали приходить в себя, а Блейзу так и не дали возможность развить тему дальше, но сейчас он едва ли справился с вновь подступившей к горлу нервозностью, отдающей непрошенной дрожью. Разговор, который Клайн с удовольствием отложил бы до конца времён, грозил вот-вот начаться, и церковник уже не был так уверен, что хотел бы услышать ответ на собственные вопросы.
С трудом паладин заставил себя остаться на месте, чтобы позволить женщине, пришедшей в себя первой, спокойно справиться с резким пробуждением. Да, он тоже помнил это ощущение - когда словно вся гарь пылающего дома осела в лёгких, мешая каждому вдоху - и пройдёт ещё некоторое время, прежде чем их организм очистится достаточно для ровного дыхания. И сейчас он терпеливо ждал, пока вся дрянь сама выйдет с кашлем, который сейчас нещадно драл горло измученных пожаром людей.
И вот, как и стоило ожидать, чужой мутный взгляд устремился прямо к нему - как самому светлому пятну поблизости. Открыто скользнувшее на лице Марты удивление сменилось недоумением, но она весьма быстро справилась с эмоциями, видимо разглядев в неярко освещенном помещении узор символов Богини. И Клайнель, отвечая чужому взору, тут же спрятался за фальшивой улыбчивой маской, краем глаза подметив как сильнее дженази попытался надвинуть капюшон на лицо, в его тьме пытаясь скрыть необычные светящиеся узоры на темной коже, ещё более явно замерцавшие в тенях на лице.
Ну, его стоило похвалить хотя бы за попытку.
- Как вы себя чувствуете? - Не зная, с чего начать, светловолосый парень задал самый банальнейший и невинный вопрос. Взгляд Марты скользнул мимо, проигнорировав церковника, отчего тот замер в нерешительности. Но, наткнувшись на мужа, вполне себе живого и целого, точно так же пытавшегося выкашлять заразу на соседней койке, женщина явно успокоилась.
- Живы, благослови нас Богиня. - Спустя некоторое время сипло ответила она, поморщившись от звуков собственного голоса. Да, сейчас не самое лучшее время для активных разговоров, но ждать ещё дольше паладин не был намерен. - Это вы нас спасли? - И взглядом мечется то между паладином и мужем, то возвращаясь к фигуре дженази, темным пятном устроившимся на стуле. Кажется пара действительно успела очнуться за то время, что прошло с пожара, и кое-какие новости до них всё же долетели, прежде чем их вновь сморило в сон.
- Что с домом?! - Гаркнул мужской голос сзади так, что церковник едва ли не подпрыгнул на стуле от неожиданности, резко обернувшись на пытающего усесться на кровати мужика, недовольно чешущего голову.
- Сгорел. - Кратко пробормотал паладин в ответ, будучи сбитым с толку прозвучавшим вопросом. Разве ж об этом сейчас стоило беспокоиться?
- Совсем сгорел?
- ...совсем сгорел.
- Э-э-эх, опять придётся мужиков дёргать. Только достроили, мать его! Отличный переезд вышел.
- Хорошо хоть не все вещи перенести успели. - Обеспокоенно вклинилась Марта.
- Ну и хрен с ним, всё равно там фундамент кривой был, эта ж чёртова пьянь без бутылки прямо делать не умеет.
- И баньку, баньку ты хотел!
- Да-а, в этот раз уж найдём куда вклинить. Какой же дом без баньки рядом? Может ещё и землицы подкинут, как пострадавшим. - И мужчина, хохотнув, вновь залился кашлем.

Какого. Хрена. Происходит.
Паладин беспомощно переглядывался между щебечущими о материальном супругами, которые уже активно обсуждали новую планировку участка, с лёгким ощущением что чего-то в этой жизни они очень сильно упустили. К примеру, чтоб их, собственного ребёнка?!
Казалось, пару не смущали ни обстановка знахарской комнаты, ни сидящие рядом паладин с наемником, ни очевидно неполный состав собственной семьи.
Из ступора Клайна вывело сильное похлопывание по плечу, словно его пытались вдавить в стул - хоть сидящий рядом дженази деревенских не особо-то и пугал, церковник, по всей видимости, выглядел всё же более безопасно.
- Ребят, эт самое, спасиб, что вытащили! Жизнь спасли, ей-богу! А дом - да и чёрт с ним, не страшно, новый отстроим! Ещё лучше! - Джером потрясает кулаком в воздухе, словно пытаясь тому доказать, что уж теперь-то они отгрохают себе хоромы по заслугам, ух какие! А Клайн же, бледнея, тихо приоткрыл рот, пытаясь понять, как же их, таких оптимистичных, спросить-то о ребёнке. Может головой оба повредились, пока валялись там посреди дыма и гари в пожираемом стихией доме?
- Ох, беда-то какая... - погаснувшим голосом прошептала Марта, прижав дрожащие пальцы к губам, - там же любимая игрушка Винни была! Сгорела ж, поди, вместе с домом.
- Эт да. Расстроится ж пацан. - Вмиг помрачнев, откликнулся Джером. - Как ж его теперь спать-то укладывать?
- ...а Винни это? - Бесцветно вклинился Клайнель в попытке хоть что-то понять.
- А, сынок наш! Совсем мелочь ещё. Во, вчера только к бабке отправили. Не прогадали ж, выходит, раз дома-то теперь и нет...  - В возникшей тишине было слышно как повисла мысль родителей о том, что было бы, если б ребёнок остался в здании. - Поймаю того мудака, что дома сжигает - этими ж руками да придушу. А вы тут чего забыли-то? Прост поглазеть на нас пришли аль спросить чего?

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

45

Эта ситуация начала походить на лихорадочный бред с того самого момента, как эти двое подали голос. Дженази не поднимает глаз, не пытается взглянуть на семейную чету из-под низко надвинутого на лицо капюшона, но вслушивается внимательно, наверняка как и сам Клайн. Вместо того, чтобы опираться на зрение, Блейз обращается в слух. Но это кажется не лучшей идеей, когда ему приходится подавить рефлекторную попытку собственного тела дернуться в сторону - Джером гаркнул так, что стекла едва не вздрогнули, и от этого агрессивного баса кончики пальцев пироманта вжимаются в предплечье, кожей чувствуя мгновенно прокатившийся по телу жар. Но нет, понимает наёмник, это не выпад, не гнев, не агрессия, и вслед за вопросом об участи сгоревшего дома так и не следует обвинений в том, что не удалось спасти некрепкую постройку из сухих бревен и соломы. Подсознательно наёмник ожидал этого. Жгучий инстинкт приструнить подобный выпад в их сторону подогревает, и даже теперь, когда Блейз осознает, что громкий раскатистый голос мужчины - всего лишь его черта, ставшая неожиданностью как минимум для него, мгновенный внутренний накал остывает нехотя и слишком неторопливо.

Сиплое дыхание спасённых людей кажется ему более естественным, чем тот разговор, который они заводят между собой, растрачивая ценный воздух, который так пытаются отторгнуть раздраженные дымом легкие, и силы лишь для того, чтобы обсудить строительство нового жилища. Будто мечтали очнуться они только ради этого - возвести на пепелище планы на дальнейшее существование. В голове даже проносится мысль, не могли ли сами супруги устроить поджог, чтобы добиться от старосты участка побольше да дома покрепче, но Блейз отметает шальную догадку почти сразу - когда люди такое проворачивают, то не укладываются в койку, надеясь, что кто-то примчится их спасти. Особенно с учетом того, что в предыдущих пожарах спасти удалось не всех.
И всё еще ни слова о ребенке. Будто его и не было вовсе. Что за дерьмо? Хотя, если его и в самом деле не было в доме, то удивляться тут нечему. Блейз прекрасно знал, как ведут себя матери, потерявшие дитя. Они не способны говорить - только воют, царапая землю до крови под ногтями и проклиная до сорванного голоса того, кто отнял у них ребенка. Они разгребают пепел, чтобы найти хотя бы останки и предать их земле, не замечая нависших над головой шатких прогоревших балок. Дженази не хотел бы этого знать. Но знал.

Раздражение теплится под кожей, напряжением в суставах сгибает фаланги пальцев - от этой болтовни еще немного и вспыхнет искра. Наёмник медленно выдыхает, уже готовый резко и жестко пресечь этот бесполезный треп, ведь они с Клайнелем пришли сюда за ответами на вопросы, черт бы их побрал, а не для того, чтобы выслушивать какой-то бред про баньку и кривой фундамент. Он почти делает это: уже поднимает лицо, заставляя отступившую тень обнажить черты его лица и полыхающие ярким светом глаза, наконец воззрившись на мужчину, который, приподнявшись, потянулся к церковнику, чтобы похлопать того по плечу. И лишь в последний момент осекается, потому что слышит обезоруживающую своей искренностью благодарность. Простую, громкую, обращенную к ним обоим, без боязного и опасливого взгляда в сторону второго "спасителя", который не кажется столь же светлым, сколь паладин, и мог бы не заслужить даже малейшего признания его заслуг. Блейз всматривается пристально даже чуть дольше обычного, когда пытается распознать ложь или фальшивые нотки в чужом голосе, но не находит ни того, ни другого. Впрочем, не меняет серьезного, практически непроницаемого выражения лица. Лишь плечи слегка расслабляются, а подушечки пальцев становятся лишь немного прохладнее.
Большее облегчение он испытывает, когда слышит о ребенке. Кажется, единственной его проблемой оказалась лишь потеря игрушки, а не собственной жизни. Но пиромант и без того был уверен в том, что видел Клайн в объятом ревущим пламенем здании, - правда, об этом пару раз приходилось себе напомнить, ожидая момента, когда удастся вклиниться в разговор или супруги заговорят об этом сами, - так что выдохнуть хочется скорее от понимания, что церковнику должно полегчать. Блейз переводит взгляд на своего напарника, но недолго удерживает его на лице светловолосого, чтобы тот не понял, что наёмник пытается в чем-то удостовериться. А затем пытается перехватить инициативу в разговоре на себя, чтобы дать паладину время на принятие истины - спасти удалось всех.

О, поверь, дольше чем на вас я больше ни на одного человека в бессознанке не любовался, — потомок ифритов иронично усмехается, подаваясь вперед и упираясь локтями в колени расставленных ног, как тогда, в доме старосты. — Пока хоть есть где перекантоваться? — интонация голоса дженази не такая как у Клайна и не способна по желанию владельца отражать притворную участливость. Маски огненный носить умел, да только ни одна их тех, к которым он привык, не источала светлые чувства или сострадание. Хотя пострадавшим и такого вопроса хватает, чтобы обернуться на подключившегося к разговору парня, мигом цепляясь взглядом за две желто-оранжевые светящиеся точки в тени капюшона.
Да поди тут пока, а как на ноги встанем - разберемся. К своим бы, да итак теснятся после всех этих напастей, в одном доме-то уж и не поместимся, — отвечает мужчина, не отводя взгляда от дженази, и смотрит как завороженный, чудом не произнося "ну нихера ж себе", которое так и читается на его лице. Да уж, переманил внимание так переманил.
Так к маме моей можно, — предлагает Марта, но Джером только с тихим "эээх" отмахивается, неприязненно поморщившись.
Меня-то на порог она точно не пустит. Разве что к свиньям в хлев, да и то вряд ли.
Да, нам сказали про то, что пожар не первый... Но это что, получается, кто-то из них - родня твоя? Или о чем речь? — не позволив мужику развить дальше мысль о том, где бы поселила его теща, Блейз задает вопрос, цепляясь за то, что слышит с чужих слов. Можно было бы начать с начала, как это сделал бы какой-нибудь дознаватель, но опыт допроса у наёмника был совершенно не из этой стези. Привычная этим ребятам точно бы не понравилась.
Ну дык да! До нас вон у брата моего дом сгорел. Да и сам он в нём, только жена спастись успела. А до него тоже всё родня моя. У Марты в деревне-то никого нет, из соседней она родом будет... А я уж скольких за несколько декад похоронил. И впрямь как проклятье какое-то на весь род, да вот только в ересь эту не верю.
Говорит Джером с паузами, и хоть делает передышку между предложениями, все равно голос с каждым разом становится всё тише. Трудно даже представить, как звучал он до того, как мужчине довелось надышаться гари. Наверное, слышно было с другого края деревни.
Как и мы, — с неуловимым одобрением подтверждает свои мысли наёмник, подмечая, что мысли о поджигателе у них с этим здоровяком сходятся. И потому на вопросительный взгляд Марты, которая, кажется, верила больше в менее материальную угрозу, чем ночной поджигатель, он продолжает, осторожно снимая капюшон плаща. — Поэтому и пришли. Вычислить того мудака, из-за которого меня чуть на вилы не посадили, обвинив в поджогах, которых я не совершал. Считайте, что это уже, блять, личное. Поэтому мне очень важно знать, кто мог желать зла твоему семейству, Джером. Есть идеи?
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

46

Тихий вырвавшийся выдох, за который едва ли можно было зацепиться, если не знать о тех мучивших паладина думах, что лишь сейчас разжали свои когтистые тиски. За столь позднее упоминания ребёнка горе-родителей хотелось стукнуть, себя - срочно привести в порядок и вернуть было утраченное равновесие, а старосту... кажется, придётся хорошенько поработать над тем, чтобы сдержать порывы проехаться по лицу этого старикашки, что так спешно похоронил чужого ребёнка, не удостоверившись во всём. Нет, Клайнель, конечно, и без этого подозревал, что старый хрыч едва ли интересовался жизнью в собственной деревне, но не настолько же! Но вскипающая изнутри злость подавлялась накатившим облегчением - какая разница, если в этот раз всё обошлось.

К счастью, дженази решил не прятаться более в собственной тени, прикидываясь подозрительно светящейся ветошью, и перехватил разговор на себя, невольно даровав Клайну столь желанное время на передышку. Кажется столь радушная и искренняя благодарность Джерома подействовала на него плодотворно - и в голосе наёмника сквозила уже знакомая беззлобная усмешка, хоть до этого Блейз явно предпочитал разговаривать с деревенскими совершенно иначе, едва ли скрывая столь понимаемое пренебрежение.
Церковник чутка заёрзал, пытаясь расслабить сцепленные былой нервозностью мышцы - хоть его не до конца отпустило осознание того, что на этот раз всё закончилось хорошо и он успешно справился со своей задачей, нельзя было забывать о другой, не менее важной. Две спасенные жизни - это прекрасно, но стоило бы позаботиться всё же о том, чтобы спасать более никого не пришлось. Ведь за этим они и пришли сюда, и именно об этом сейчас вопрошал дженази, даже рискнув привлечь на себя лишнее внимание. Паладин не вмешивался, позволяя своему невольному напарнику спокойно выяснять то, что его интересовало - и сам внимательно прислушивался к чужим словам, присматриваясь к не в меру активным погорельцам. Была ещё одна причина, по которой служитель света лишь укрепился во мнении, что нечисть тут и правда не при чём, и потому паладин ловил каждое слово.
И, чем дальше шла речь о прошлых жертвах, тем сильнее Клайнель удостоверился в том, что Ольхар - мудак. Ни слова о том, что погорельцы - родственники... или он был настолько взбешён его безучастностью, что пропустил эту часть?
Видимо услышав то, что хотел, Блейз почти театрально стягивает капюшон, освобождая ворох огненно-рыжих волос, столь ярко вспыхнувших в полутьме больничной комнаты. И, если раньше деревенские ещё могли как-то сдерживать собственное любопытство, поставив спасение своих жизней превыше докапывания до чужой внешности, сейчас раздалось весьма слышное "ох". Клайнель же едва ли сдержался от того, чтобы фыркнуть, тем не менее тоже повернув голову к наёмнику и взглядом проводив парочку сорвавшихся с концов огненных прядей искр, бесшумно растворившихся во тьме. Трудно отрицать, что смотреть-то было на что.
В повисшей тишине все и были поглощены этим, не отрывая взгляда от разгоревшегося посреди комнаты костра, но Джером, опомнившись первым, смущенно пробасил:
- Эт, уж простите, не часто к нам ваш брат заходит. - В голосе мужчины не было злобы и презрения, лишь чистое любопытство и, кажется, скользящее восхищение. - И чего уж мужики так озлобились... вы ж тут явно впервые, а пожары-то, они ж давно уже горят. - Взгляд Джерома невольно скользнул в сторону паладина, сохранявшего максимально невозмутимое и доброжелательное лицо, так и сообщая всем своим видом, что всё в порядке, переживать не о чем. И всё же мужик очевидно замялся с адресованным ему вопросом, что выглядело забавно с его собственной весьма грузной внешностью. Пару раз открывал рот, косясь на обеспокоенную супругу, думая о чём-то своём, но тут же закрывал вновь. С тумбочки у стола был украден пустой мешочек из-под лекарств, который мужчина принялся неосознанно крутить в руках, будто пытаясь отвлечься. - Да ни с кем вроде не ссорились. - Заметив ступор мужа вмешалась Марта, тоже приняв крайне обеспокоенный вид и явно размышляя о чём-то, пусть взглядом и возвращалась вновь к дженази, как самому яркому пятну поблизости. - Как приехала - так со всеми вроде подружились, овощами обменивались. Вон, соседи дом помогали обустраивать... и все милые такие, доброжелательные, всегда охотно помогали. У братца Джерома так вообще руки золотые были - всё починит, как новое, даже лучше! Как такому зла можно желать... Может всё же нечисть какая-нибудь? - С надеждой дополнила женщина, на этот раз заискивающе обратившись к паладину, задумчиво сидевшему на стуле. Заметив этот взгляд он было отвёл глаза, но всё же безрадостно выдохнул. Высказывать собственные соображения прямо сейчас церковник не намеревался, планируя для начала поделиться мыслями с Блейзом. Но кое-что он всё же мог высказать всем присутствующим.
- Это не родовое проклятье и не нечисть. - Конечно, для пущего убеждения стоило бы посетить оставшиеся три пожарища, но к одному из домов Клайнель уже успел прогуляться, а нынешние жертвы находились перед ним в прямой досягаемости. - Будь это так, от вас разило бы будь здоров, а я ничего такого не чувствую. - В конце концов, раз жертвы были связаны кровно, тут или действительно отсутствующее проклятье, или сильные личные счёты...
- А Вы?.. - Робко подала голос Марта, будто пытаясь зацепиться за последнюю ниточку надежды на то, что вся их напасть была не делом рук живого человека.
- Паладин.
- Ух ты, настоящий что ль? Ничего ж себе Ольхар подмогу нашёл... - Джером был менее сдержан в выражениях. Клайнель с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза - ага, сам нашёл, как же. Лично бежал до ближайшей Церкви, чтобы попросить воина Света для услуги по борьбе с вероятными тварями. Если сами деревенские каждое удачное стечение обстоятельств в заслугу этому хрычу ставят - то не удивительно, что он держится на своём посте так долго. - Но эт самое... - Мужчина вновь обеспокоенно покосился на супругу, будто сомневаясь в чём-то. - И правда ж вроде ни с кем не враждовали. Да, по пьяни всякое бывало, но все ж люди, кто ж за это убивать-то полезет. Как ссорились так и мирились крепче прежнего, вроде без обид у всех. Хороший мордобой, он, знаете ли, неплохо сплачивает - сразу ж видно кто чего стоит!
- Джером!
- ...простите. В общем, не верю я, что эт мужики наши учудить могли. Нормальные они, не из этих. Ну, кто лыбится в рожу, а в спину плюнет. Случись чего - с кулаками б и полезли выяснять, чего злобу таить. - Джером закашлялся, окончательно потеряв силу в голосе - его горло едва ли выдерживало привычный басистый тон разговора - и Марта обеспокоенно поднялась на ноги, взглядом устремившись к кувшину, стоящему на тумбочке. Который, к сожалению, был уже давно пуст.
- Ой, чего это я, пойду что ль водицы наберу. - По-хозяйски захлопотала женщина, подхватив кувшин и выпорхнув за дверь.
И слава Богине, что ушла.
- И всё-таки, Джером... - Под колким взглядом церковника мужчина как-то съёжился и отвёл беспокойный взгляд, словно обманчиво-мягкий тон паладина отзывался в его сердце угрызением. - О каком конфликте шла речь? Поймите, я никого не обвиняю, но нам сейчас важна любая зацепка. Кто знает, вдруг в следующий раз вашу смерть запланируют тщательнее, а нас рядом уже не окажется.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

47

Кажется, дженази даже не обращает внимание на реакцию погорельцев, которые во все глаза уставились на всполох ярко-рыжих волос, показавшихся из-под откинутого капюшона. Он ведь вовсе не пытался их впечатлить. Скорее, подчеркнуть причину того недоверия и обвинений, которыми местные окатили наёмника, стоило ему лишь появится на горизонте, вблизи так своевременно начавшегося пожара. Конечно, реакция могла быть иной, но в комнате не было ни вил, ни даже пустой, но все еще увесистой бутылки, которой здоровяк мог бы попытаться огреть гостя, образ которого слишком вязался с напастью в виде нескончаемых пожаров. Но оба оказываются умнее - и Марта, завороженно наблюдающая за искрящимся ореолом вокруг головы пироманта, и Джером, который даже извинился за их общее изумление.
Эти люди и в самом деле удивляют. Простые, искренние, но не лишенные мозгов. И помочь им захотелось даже не столько из-за денег, которые были обещаны старостой за поиск и устранение угрозы, но и просто так, по собственному едва проклюнувшемуся желанию, которое Блейз бы ни за что не признал даже для самого себя. Хотя, является ли помощью месть?

Он задает вопросы, и болтливость мужчины мигом куда-то улетучивается. Даже не потому, что голос его подводит, а сам он заходится кашлем. Хоть он и напоминает рыбу, выброшенную на берег, когда из открытого было рта не вырывается ни звука, Блейз понимает, что предположения у него все же есть. Возможно такие, в которые он и сам не до конца верит, а потому не решается озвучить их вслух. Да и Марта явно пытается вспомнить хоть кого-то, с кем у них мог бы завязаться конфликт, но никто из приходящих на ум соседей не кажется ей достаточно подозрительным, чтобы назвать хотя бы пару имен. А Клайн тем временем отметает варианты, видимо наконец сумев продохнуть после вверенной ему истины, и дженази коротко кивает, соглашаясь, что нечистью здесь и не пахнет. Не буквально, ведь с этим справляться должно было паладинское чутье. Но и наемничья чуйка полагаясь на единственную, но вескую улику в виде разлитого вокруг дома масла, говорит ему о том, что методы совершенно реальные, без налета потустороннего и темного. Впрочем, взгляд на Клайнеля он все же переводит, с интересом прислушиваясь к его словам о том, что и проклятье бы от него  не укрылось. Значит, не только нечисть и демонов чувствует? Охренительно. Даже жаль, что столкнулись они с чем-то менее пахучим - выследить такую угрозу вместе со служителем Церкви наверняка оказалось бы плевым делом.

Церковник справляется с собственной реакцией - маска, видимо, выточена очень хорошо и способна разить доброжелательностью и священным спокойствием, даже когда чужие слова просто обязаны вызвать ироничный смешок. Именно такой вырывается у самого Блейза, когда он слышит о том, что Ольхар нашел подмогу. Да, с одной-то стороны так и есть - вызвал же все-таки на разговор. Но не появись они в окрестностях вблизи деревни, черта с два что-то сдвинулось бы с мертвой точки, и счетчик трупов наверняка пополнился бы парочкой отпущенной богам душ.
Еще одну усмешку одобрения вызывают слова о мордобое. И хоть для Блейза исход часто бывал совсем не таким, о котором говорил сам Джером, несколько крепких знакомств и плодотворных сотрудничеств завязалось как раз благодаря старой доброй драке. Марта, правда, слова мужа не оценила - наверняка именно ей приходилось потом выхаживать мужа и приводить в порядок его физиономию, ожидая, пока сойдут синяки. Невольно пиромант покосился и на Клайна - тот тоже приложил так, что можно было испытать уважение, но, в отличие от супружеской четы, в арсенале паладина оказалось кое-что получше, чтобы скрыть последствия встречи с его кулаком.
По тому, что мы узнали, можно сказать точно, что выбор целей для поджогов не выглядит как случайность. Точно кто-то точит на вас зуб. Попробуйте вспомнить, не бросал ли кто-то угроз сгоряча? Мол, что поплатитесь, со свету сживут? — В голову наёмника приходит и другая мысль. Джером мог быть звеном одной цепочки, но ведь и тянуться она могла от кого-то другого. Кого-то, кто скорее всего жив. Ведь если кто-то и желал смерти целому роду, то старался  проделать это так, чтобы очевидец гибели нескольких поколений своей семьи вдоволь настрадался. От собственного бессилия, от множества потерь, отчаяния и горечи утраты. Поэтому Блейз без особого утешения увеличивает круг тех, с кем стоило бы переговорить, чтобы выйти на след убийцы. — Даже если это звучало не в вашу сторону, а кого-то из родни? Может, они что-то такое рассказывали?
Мужчина успевает только  очередной раз покоситься в сторону супруги, но так и не успевает произнести ни слова. Кашель спазмом сдавливает легкие, и звучит он так же оглушительно, как и громкий голос Джерома. Кажется, Марта даже вздрагивает, прежде чем метнуться к кувшину. И какой бы слабостью не отдавались в хрупком теле последствия пожара, она с самоотверженностью, свойственной наверное каждой любящей жене, поднимается с постели и выходит из комнаты, чтобы набрать воды. А её муж, сипло дыша, отводит взгляд в сторону под вопросом Клайнеля, всё еще не решаясь говорить. Правда лишь до тех пор, пока шаги Марты не становятся неслышны, удаляясь вниз по лестнице.
Ох, парни, да херня всё это, конфликт этот, — неуверенно проговаривает он, запуская пятерню в волосы на затылке. — В голову только тёща приходит, с ней только и грыземся, да так, как ни с кем окромя. С самого начала меня невзлюбила. Но она-то ж точно не могла, — звучит не столько как утверждение, сколько как вопрос, будто Джером в глубине души немного, но все-таки сомневается. — Не могла ж она дочку-то свою того самого. Да и зря я это. Узнай Марта, что я на мать её наговариваю, опять разругаемся. Не любит она, что мы ссоримся, понимаете?
Это та, у которой сейчас ваш сын? — с сомнением уточняет Блейз, внимательно всматриваясь в лицо мужчины, который заметно помрачнел, при этом испытывая неловкость еще и от таких сомнительных предположений.
Она. Недавно вот опять повздорили, — Джером замолкает на несколько секунд, не поднимая взгляда ни на дженази, ни на Клайна, и смотрит в пол, будто вспоминая все события минувших дней. — За ерунду какую-то зацепилась и понесло. Кричала, что моей бросать меня надо да к ней с Винни перебираться. Что и я, и семейка моя до добра не доведем. С первых дней я ей отчего-то не понравился, а как сын появился, так всякий раз Марту уговаривает в деревню родную вернуться, а меня клянет как до свадьбы прямо.
То есть, угрозы и тогда еще были? — Блейз не дает ему замолкать. Не дает возможности передумать, если вдруг устоится тишина хотя бы на несколько лишних секунд. И все, на что надеется, так это только на то, что женщина не скоро вернется с кувшином.
Ага. Вы вот спросили про проклятья сгоряча, я и вспомнил, как она говорила, что ни мне покоя не будет, ни семейству моему, если не одумаюсь и от дочки её не откажусь. Не отказался вот. Думал, присмирела, ан нет, куда уж там...
И что, она знает всех твоих родичей и их дома?
А вот не знаю...не знаю. Мы ж тут все в деревне как-никак друг другу роднёй приходимся. То брат, то сват, то родственник дальний по отцу да по матери.
Огненный заметно хмурится, выпрямляясь на собственном стуле и глядя то на мужчину, то на Клайна, который слушал не менее внимательно, наверняка собираясь задать и собственные вопросы. Да, версия звучит бредовой, особенно с учетом того, что в полыхающем здании находилась и сама Марта... Да и брать в расчет какую-то старуху, да еще и с внуком на руках, ему бы в голову не пришло. Но образ, сварливой безумной бабки, возникающий в голове, не так уж сложно сопоставить с поджогами. Но это предстоит обдумать им обоим уже вне стен дома знахаря.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

48

Да ну нахрен.

Если в самом начале Джером ещё испытывал затруднения с рассказом, боясь озвучивать собственные мысли не только сидящим перед ним горе-следователям, но и самому себе, то дженази ворохом непрекращающихся вопросов успешно подогревал уже давно тлевшие угли подозрения, что теплились в груди мужчины. Но от услышанного хотелось точно так же хмуриться в неверии.
Пусть это и глупо, но образ поджигателя внутри складывался вопреки всей скудной информации, что они уже успели получить - и в любом случае это был на редкость беспринципный и мстительный некто, кто обладал или достаточным хладнокровием, или сжигающей сердце ненавистью, чтобы дом за домом отправлять живых людей на тот свет в сопровождении вечно голодного пламени.
Любящая бабушка и заботливая мать семейства сюда едва ли вписывалась.
С другой стороны... Клайнель мрачно подпустил к себе воспоминания, о которых не хотел лишний раз думать. Он всё же жил в Церкви - месте, где люди, погрязшие в грехах и мечтавшие выбраться из них, смиренно вещают о собственных бедах и преступлениях. И помимо тех, кто искренне раскаивался в содеянном, им так же в качестве своеобразного жеста доброй воли присылали и тех, для кого подобный разговор по душам мог стать и последним. Брат, поднявший нож на брата, не удовлетворенный выданной частью родительского наследства, едва ли представлявшего собой нечто большее, чем давно дышащий на ладан родительский домик с краю деревеньки. Жена, годами травившая мужа, чтобы тот хворал дома, окруженный её любовью, а не таскался как раньше за каждой юбкой. Не так уж и сильно не вписывалась сюда взбешенная неудачным выбором дочери старуха, до скрипа в зубах возмечтавшая сжить со свету неугодного зятька и весь его поганый род заодно.
Мир вообще был крайне дерьмовым местом, щедро испещрённым широкими мазками чёрной краски, воплощавшей в себе жгучую ненависть.

Но паладин не мог не надеяться, что Джером всё-таки приукрашивает и придаёт излишне много внимания словам, сказанным в сердцах и из желания поучить других как жить. Хотя сами ж вроде попросили вспомнить все ссоры... в любом случае, отметать даже столь мерзкий вариант не стоило. Но было бы неплохо поискать ещё зацепок.
- А где ваша тёща сейчас проживает? Нет-нет, не ради этого, - церковник примиряюще поднял ладони, смутившись чужого взгляда, в котором отражалось разливающееся отчаяние. - кто-то из ваших соседей попутал и слухи распространяет, что в пожаре были погибшие. - Он не стал уточнять кто именно. - Стоило б проведать старушку да успокоить. - Клайн пытался действовать мягче и не говорить прямо нечто в духе "мы проверим, что не она ответственна за поджоги", но едва ли у него получилось скрыть от Джерома истинную причину этого вопроса. Впрочем, тот был уже слишком уставшим от груза тягостных дум, и лишь смиренно кивнул головой, не намереваясь мешать нанятым Ольхаром людям выполнять свою часть работы. Да и, если ж они и правда заглянут да выяснят, что не причём бабка, это ж только к лучшему? Заодно Винни проведают да успокоят, что с родителями всё хорошо.
- У северного конца главной дороги развилка будет, как до неё дотопаете - так сразу по правому краю и держитесь. И прямо, не пропустите - дорога та прям по центру деревеньки той проходить будет... А тёщин дом видный, добротный. Там левее на первом повороте заверните, вон второй как раз её будет, с забором выбеленным. У калитки ещё петушок резной, красный... и гуси прям во дворе бродят. Эт, аккуратней с ними, психи какие-то, а не птицы, ей-богу. Вот эти вот ваще никого не любят, кроме тёщи, давно б их всех на суп отправить бы, пользы больше...
- А я водицы принесла колодезной! Джером, только пей медленно и маленькими глотками, хорошо? Ой, а вы чего, уже уходите? - Резко ввалившаяся с кувшином воды Марта была так внезапна, что Клайн, поглощенный чужим рассказом, опять невольно вздрогнул. Но и правда поднялся, решив, что, раз уж женушка Джерома вернулась, больше никакой полезной информации он не выдаст. Да и ту единственную и крайне сомнительную зацепку, что имелась, вытаскивать пришлось чуть ли не клещами под бдительным огненным взором дженази.
- Да, пора бы уже, и так засиделись. Выздоравливайте. - С вежливой улыбкой попрощавшись с парой и покивав на очередную горячую благодарность, обращенную к обоим спасителям, паладин аккуратно обогнул женщину, выскользнув за дверь и из душных травянистых объятий знахарского домишки.

Здесь хоть дышать было чем - и ветер любезно подкидывал порывами всё больше желанного свежего воздуха. Но солнце палило так, что церковник невольно щурился, пытаясь дать глазам времени привыкнуть к обилию света после столь тёмного деревенского лазарета. Блейза, покинувшего здание вслед за собой, он встретил с весьма задумчивым видом.
- Что думаешь на счёт этого всего? - Прозвучавший тихий вопрос был едва ли конкретным, но всматривался в чужое смуглое лицо паладин весьма внимательно, пытаясь понять как сам наёмник отнёсся к их единственной зацепке - счёл ли форменным бредом да обычной семейной ссорой или загорелся желанием проведать-таки старушку да поболтать по душам? - Ах да. Думаю, уже нет смысла посещать все пожарища. - Раз уж нечистью тут и правда не пахло, как он и сказал ранее - да и разлитое масло, которое ещё до этого обнаружил дженази, тоже недвусмысленно намекало на большую материальность поджигателя. - А вот к другим погорельцам наверное заглянуть стоит. Тут же вроде неподалёку ещё кто-то устроился? - Да, он просто надеялся на какие-то более весомые и близкие зацепки, для которых не придётся шляться аж до соседней деревни и обратно. И старуха в роли форменной поджигательницы ему не нравилась - и как на такую наезжать в случае чего прикажете? А если огрызаться в ответ начнёт? Боевых бабусь Клайнель справедливо опасался, по долгу службы сталкиваясь с ними чаще необходимого и желаемого.
Взгляд алых глаз вновь невольно устремился к чужому вороху огненных волос, с прядей которых очередной порыв ветра выбил танцующие искры, заставив вспомнить недавнее шоу с капюшоном.
...а ведь было бы забавно натравить на неё дженази со словами "я тот самый огненный демон, которого ты призвала своими жертвами во имя моё, назови следующую жертву" и просто посмотреть на её реакцию, а после ворваться самому в сияющих доспехах да выбить все признания. Но блин, так и до инфаркта довести недолго, если бабка окажется действительно просто сквернословящей старушкой, не умеющей держать язык за зубами. Но сама идея... паладин поднял руку, пытаясь скрыть за раскрытой ладонью непрошенную ухмылку.
Нет, об этой дурной затее сообщать Блейзу он точно не будет.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

49

Блейз не слишком удивляется вопросу Клайна, когда тот интересуется местонахождением старухи, и даже испытывает некоторое удовлетворение от того, что не ему одному подобный расклад показался не таким уж безумным и что самому не пришлось спрашивать об этом. Воинственный вид дженази даже в спокойнейшем его состоянии порой не столько развязывал язык, сколько заставлял помалкивать, и если бы мужчина слишком засомневался в собственных предположениях, едва ли дал бы такую наводку, беспокоясь о последствиях. Но паладин обезоруживает собственным спокойствием, приводит невинный аргумент, словно они действительно отправились бы в гости к теще погорельца, отложив выполнение той работы, на которую подписались, только ради того, чтобы успокоить пожилую женщину и проведать ребенка. И Джером не отпирается, даже если понимает, какую цель в действительности преследует эта пара незнакомцев, нагрянувших в полутьму лазарета. Наверное, догадывается и о том, что здесь они очутились вовсе не для того, чтобы справиться об их с Мартой здоровье. Но как и сказал церковник - кто знает, чем обернется следующее покушение, если таинственный поджигатель окажется более настырным и обдумает, где совершил просчет. Так что Блейз старательно запоминает указанные пострадавшим ориентиры, такие же пространные, как и у старосты Ольхара - развилка, дороги, поворот направо, домик с гусями. Но это и не город, чтобы на каждом повороте стояли указатели или болтались вывески. Сориентируются как-нибудь.
Наёмник скупо прощается с супружеской парой, когда Марта возвращается с кувшином воды. Если её мать в действительности окажется той, кто желала смерти её мужу и всей его семье, насколько сильно это ударит по бедняжке? Невольно пиромант вспоминает собственное обещание прикончить поджигателя: все было бы намного проще, если бы ему не довелось познакомиться с этой женщиной и она осталась бы в его памяти безликим силуэтом, спящей фигурой на руках паладина, выбирающегося из горящего здания, а затем и на его собственных. Теперь же в голову невольно лезут мрачные образы. А с ними и понимание, что если все окажется именно так, как предполагал Джером, Марта все равно в это до конца не поверит. Особенно если виновницу придется лишить жизни на месте, без толики сомнения устраивая собственный суд, завершением которого должна стать казнь.
Но пока думать об этом слишком рано. Поэтому Блейз не смотрит на жертв последнего пожара, когда выходит из комнаты и следует за Клайнелем, отводит взгляд в сторону и отгоняет лишние мысли, способные породить неуверенность. Стоит поискать и другие зацепки. Может, все это действительно простое совпадение.

Думаю, что придется проверить эту версию, если ни черта больше не найдем.
Наёмник останавливается рядом с паладином, не скрывая собственной задумчивости, которая выглядит более сосредоточенной из-за того, что от слепящего своей яркостью солнца приходится щуриться, сдерживаясь от того, чтобы не прикрыть глаза ладонью, давая им хоть немного спасительной тени. Вместо этого рука тянется к карману плаща, но так и замирает - курить, конечно, хочется, но первым делом стоит вытравить из легких весь тот воздух с послевкусием болезни и въедливым ароматом трав, а уж потом наполнять их горьким дымом.
Да, на остальные не пойдем, если ты уверен, что следа, который ты можешь определить, там не будет. Только время потратим. Уверен, что и на пепелище и для меня никаких следов не осталось - дома наверняка сгорели дотла, и место, где зародилось пламя, определить уже не получится. Но остальных пострадавших навестить стоит... Джером может быть одним из цепочки убийств, проходной жертвой, а не конечной целью. Так что мотивы могут быть не только у той бабки. Вот бы все оказались такими же сговорчивыми...
Блейз осматривается по сторонам, словно вот-вот на глаза попадется именно тот дом, который им нужен. И вместо того, чтобы поделиться с Клайнелем всеми мыслями, которые пришли ему в голову после этого разговора, наёмник концентрируется на словах старосты деревни, которые пока еще не затерялись в памяти, как это сделали имена остальных жертв или знахаря. Обычно такое количество информации в голове держать ему и в самом деле не приходилось.
Нам вроде бы на восток, — по солнцу направление определить уже не так просто - находясь в зените, оно обманчиво склоняет тени к самым ногам, а не раскидывает их прочь от себя, в направлении к восходу. Но Блейз помнит его положение еще с прошлого раза, так что сориентироваться у него все-таки выходит, и уже спустя пару секунд пиромант указывает, в какую сторону им следует идти. — Идем. Потом мозгами пораскинем, когда добудем побольше информации.

Нужный дом действительно в скором времени удается отыскать. И хоть его обитатели относятся к нежданным гостям с большей настороженностью - заслышав о причинах визита, все же идут на контакт. По большей части из-за присутствия паладина, который уж точно не потерпел бы рядом с собой огненное существо, если бы оно несло какую-либо угрозу для людей под покровительством Богини. Но точно так же, как поначалу и Марте с Джеромом, пострадавшим не удается вспомнить ни каких-либо подозрительных личностей, ни недоброжелателей из местных. Вообще вопреки изначальному представлению наёмника об обитателях этой деревни, из разговора с этими людьми он понимает, что проживали они достаточно дружно. Не без бытовых склок, но и без открытой ненависти и обоюдного вредительства на почве обиды. И на этом попытки за что-либо зацепиться иссякают - ничего дельного.
Приходится уточнить, где именно искать остальных пострадавших. О том, что все они действительно родня, подтверждение приходит само собой - предполагая все то же родовое проклятье, им с Клайном обрисовывают все генеалогическое древо, пытаясь приправить весь этот рассказ подробностями из жизни того или иного члена семьи. Каждый раз такую попытку Блейз бесцеремонно пресекает, вызывая неодобрительные взгляды. Но если они так и будут выслушивать о том, кто как встретил свою жену, чем промышлял и кого крестил, все это затянулось бы на несколько безвозвратно утерянных и совершенно бесполезных часов.
В другом доме, стоящем на противоположной стороне деревни от первого, найти новых зацепок им не удается. Пускать дженази на порог там и вовсе отказываются - видимо, травма от пережитого пожара оказывается достаточно сильна и вызывает неконтролируемый страх у единственной выжившей. Не помог даже капюшон плаща - глаз Блейза хватило, чтобы вдова Лейна, брата Джерома, едва не упала в обморок, завидев их пламенный, яркий свет. Пришлось отпустить церковника внутрь дома одного, и там безутешная жена вместе с матерью заживо сгоревшего мужчины, плача, поведали Клайнелю обо всем, да только не о возможных неприятелях, которые могли бы точить зуб на кого-либо из них. Лейн и в самом деле был душой компании, рукастым строителем и плотником, который никогда не отказал бы в помощи и предпочитал заводить друзей, а не врагов. Не было в деревне ни одного семейства, кто бы к нему за помощью ни обращался. Оно и видно, судя по повторяющемуся орнаменту то на резных наличниках окон, то на козырьках домов.
Блейз, ожидающий возвращения Клайна у крылечка, тушит самокрутку, когда уставший от этих разговоров паладин все-таки появляется в дверях небольшого домика, за занавешенными окнами которого царит приятная полутьма. И одного взгляда хватает, чтобы понять, что допрос себя не оправдал.
Значит, пора за вещами, — подводит безрадостный итог дженази, понимая, что пока вариант у них только один, да и тот находится в нескольких километрах от деревушки. Наверное, выбраться за границы этого погрязшего в невзгодах поселения было бы неплохой идеей и возможностью проветриться, но все эти скучные, ни к чему не ведущие разговоры наполнили такой усталостью, что добраться хотелось разве что до таверны, чтобы хоть немного освежиться и избавиться от ноющей головной боли. Думать приходилось много, и мысли эти, словно материализуясь внутри черепа, давили на него изнутри, будто всем вместе им там становилось тесно. Да только было ли время на отдых? Однако, решение дойти до местного трактира единогласно. По пути даже удается заскочить за щитом, который местные как раз только закончили добывать из-под завалов досок и сожженной трухи, кое-как укрепив их и страхуя друг друга. Щит, конечно, выглядит потрепанным, и то, с какой аккуратностью мужичье держит его, передавая паладину, почти забавляет, но каких-либо вмятин или повреждений поверхностным взором Блейз на нём не замечает.

Таверна все так же безлюдна. Прошло около пары часов, и её зал так и не успел наполниться деревенскими, которые только к закату вернутся с полей или закончат все свои дела по хозяйству. Но пиромант не спешит занимать один из пустующих столов, полагая, что тратить еще больше времени на праздное просиживание задниц никому из них не требуется. Обсудить все успеют по дороге. И хоть желудок угрожающе урчит, напоминая наёмнику об отсутствии завтрака и вчерашнего ужина, Блейз старается игнорировать неуместный сейчас позыв и не отвлекаться от возложенной на него и на Клайна миссии. Да и вообще делает вид, что он выше всех этих глупых потребностей организма.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

50

В ответ паладин лишь покивал, нахмурившись - в глубине души он и не хотел, чтобы Блейз подтверждал его мелькнувшие опасения. Что рассказ Джерома пусть и с натяжкой но будет вписываться в нормальные человеческие семейные взаимоотношения, о которых сам церковник знал лишь поверхностно. И что нет ничего такого в этом, из-за чего стоило бы так сильно переживать, а истинный виновник где-то там, вот-вот мелькнёт дразнящей уликой перед носом, по крупицам выдавая столь желаемую информацию о себе.
Слова дженази о том, куда им теперь стоит направиться, Клайнель спокойно принимает на веру, послушно следуя за огненным напарником - сам он едва ли запомнил хоть какие-то приметы, а потому искренне надеялся на память более опытного в наемничьих делах Блейза.

К его вселенскому разочарованию, это была на редкость бесполезная трата времени. Семейство Джерома, как и он сам, создавали впечатление весьма неплохих людей - куда лучше их молчаливых соседей, что были готовы наплевать на тушение очередного уже вовсю полыхающего дома. Было в них нечто, что заставляло проникаться чужой искренностью и бескорыстностью, не ожидая подвоха за милой улыбкой и сладкими речами. И тем грустнее становился паладин, осознавая, что таким людям кто-то совершенно искренне желал мучительной и безвозвратной смерти, чтобы даже хоронить было нечего. И ещё более сникшим - когда в очередной раз осознавал, что зацепок серьёзнее старухи погорельцы предоставлять отказывались.
Родовое проклятье? Точно нет, исключено. Межродовая грызня? Им, судя по всему, нечего и не с кем было делить - сами уж скорее последнее бы отдали. И отдавали, от всего сердца делясь с пострадавшими кровом и пищей, не коря за вынужденную тесноту и лишние рты у кастрюли с супом. Кто-то извне? Да на их услугах вся деревня держалась.
Погорельцы напрягались, едва завидя огненного дженази. Его визит явно волновал - это было видно по скованности движений и косым беглым взглядам, что летели в его сторону даже чаще, чем в самого паладина. Пожалуй, на фоне такого напарника едва ли кого смущала малость необычная для человека внешность и подозрительная краснота глаз. После радушия Марты и Джерома такая реакция напрягала, но Клайнель не мог не напомнить самому себе, что супружеская пара не застала собственную смерть от огня в сознании - чуть не угорели от удушливого дыма куда раньше, чем смогли бы очнуться, завидев дым и приветливые рыжие языки, уже лижущие створки окон в предвкушении.
Тем нервознее было встретиться с женщиной, чей муж сгорел практически у неё на глазах. И, вынужденно оставив Блейза снаружи, чтобы хладнокровно получить-таки возможность сквозь чужое горе урвать частички рассыпающегося паззла, церковник с уже привычным смиренным настроем выслушивал плач навзрыд, сквозь который вдова больше причитала о жестокой судьбе. Без дженази под боком, чьё терпение не шло ни в какое сравнение с паладинским и который рыком то и дело подгонял людишек быть ближе к сути, Клайнель едва ли мог хоть как-то повернуть разговор в нужное русло, а потому изрядно задержался, пытаясь успокоить уже двух рыдающих женщин, что задавали ему те вопросы, ответы на которых он знать просто не мог.
У него действительно не было ответов на бесконечные "почему". Никогда не было.

В конце концов выкарабкаться из этого дома у церковника всё же получилось, и даже без боя. Погожий день на фоне всего эмоционального раздрая, что в него щедро вливали на протяжении последних часов, казался форменным издевательством за своё несоответствие общему фону царящей в деревне атмосферы. Даже долгожданный щит, который паладину вернули не смотря в глаза - больше опасаясь находящегося рядом в опасной близости Блейза - едва ли приносит столько радости.
И, зайдя в таверну, Клайнель со вздохом проводит рукой по волосам, словно таким бесхитростным жестом пытаясь привести мысли в порядок.
- Ты как хочешь, а мне нужен небольшой перерыв. - Спрашивать разрешения у дженази по поводу собственного отдыха он даже не намеревался. Тот и так успешно ускользнул от внимания последних дам, пусть и не по самой благовидной причине. Не сидится на месте - так не его проблема чем себя займёт наёмник, если собственное шило в заднице не потерпит бездействия.
Памятуя о том, что серьёзные блюда здесь подавали весьма сомнительной съедобности, паладин предусмотрительно заказывает подогреть оказавшийся в наличии ещё свежий ягодный пирог, благополучно свалив наверх, в собственный номер. В тесноте одинокой комнаты он же и проверяет наконец-то щит, который едва ли признал с первого взгляда. Радоваться бы, что пережил адское пламя да не покорёжился, но его верного товарища теперь было не узнать: налепленные украшением поверх символы Богини не выдержали, а металл словно покрылся въевшейся копотью, заметно потемнев. Клайнель стащил темные перчатки, запрятав их привычным движением за пояс, и коснулся пальцами прохладного металла - и щит отозвался подобно псу, охотно принял поглаживания и с руки скормленную святую магию, откликнувшись привычным гудением магического поля. Единственный артефакт, подаренный лично ему, исправно работал как часы, и даже испытание огнём не сломило его стальную волю.
Вниз паладин спустился уже налегке, оставив металлического страдальца отдыхать на самом почётном месте - подушке. Забрал подготовленную тарелку и кружку с компотом да подвалился к столику, который заблаговременно занял Блейз - разглядеть того в полутьме таверны было действительно плёвым делом.
Пожалуй, если отбросить все "но", паладин выглядел подозрительно бодрым для человека, что только что пропустил через себя казалось бы бесконечный поток чужого горя. По крайней мере аппетит ему это не перебило.
- Кажется я начал понимать, отчего они все тут носятся с этой дурной версией с проклятьем. Даже если старикашка и пытался что-то разузнать самостоятельно, он точно так же наткнулся бы на эту чертову стену из "да нихрена тут никто никому не желал зла". - Раздосадовано пробормотал Клайн, предусмотрительно понизив голос, чтобы даже до ушей излишне любопытной хозяйки не долетело ни слова. Чёрт возьми, не будь он сам паладином - тоже бы решил, что тут дело явно нечисто.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

51

Блейз лишь пожимает плечами, не собираясь останавливать паладина, которому потребовалась передышка после их затяжного похода по домам пострадавших от безликого поджигателя. Самому наёмнику было невдомек о том, что даже после бесконечных разговоров можно ощутить усталость - ему едва ли доводилось так смиренно и долго выслушивать чужой треп, терпения у дженази на такое действительно не водилось, - но предположить такое он мог. Хватило и первых двух домов, временные или постоянные обитатели которых выдали слишком много информации, в том числе не относящейся к делу. К тому же, прежде бодро сменяющие друг друга мысли пироманта теперь вязли как в плотном слое ваты, и требовалось время на то, чтобы разложить их по полочкам, не вызвав у себя при этом желание послать эту миссию во все девять адов, а вместе с ней и того старпера, засевшего в своем богатеньком домишке. Поэтому такому решению Клайна Блейз даже рад. Сам бы не признал, что вся эта беготня по деревне вымотала посильнее, чем выжигание отряда каких-нибудь заплутавших разбойников, не дающих проходу торговцам на главном тракте, но в действительности так оно и было.
Дженази дожидается, пока Клайнель сделает заказ у стойки, а затем, когда церковник удаляется на верхний этаж, забирая с собой изрядно потемневший от приставшей к металлу копоти щит, делает заказ и сам. Хозяйка таверны, явно заскучавшая за то время, пока главный зал пустовал, мигом оживает, стараясь угодить вернувшимся постояльцам, и первым делом пододвигает наёмнику подготовленные в дорогу пайки. Однако забирать их сейчас нет смысла, и Блейз выкладывает еще несколько медяков за самую нажористую похлебку из тех, которую здесь ему только смогут предложить. Плевать на вкус - лишь бы горячая, соленая и сытная. Сам же занимает один из столов, подальше и от входной двери, и от прохода на кухню, в которой скрылась и теперь гремела посудой хозяйка трактира. Если они будут обсуждать положение дел здесь, то лучше уж делать это подальше от крайне любопытных личностей, способных за один вечер разнести сплетни по всей деревушке.

Ожидание не длится долго, но еще до того, как паладин спускается со второго этажа, перед наёмником оказывается пузатый глиняный горшочек с запеченными яйцами, грибами, картофелем, разваренной морковью и веточками укропа настолько пушистыми, что приходится сдвинуть их, чтобы рассмотреть содержимое и отыскать еще и бульон под верхним слоем ингредиентов. Да, если мясо в деревне было редким деликатесом в отличие от крупных городов со своими поставками с близлежащих ферм, яйца становились, пожалуй, лучшим решением, чтобы действительно наесться досыта. А что до травы... она дженази нисколько не смутила, ведь о пользе овощей ему внушали с самого детства, что-то на этот счет даже отложилось в мозгу и по прошествии нескольких лет до сих пор не вызывало протестов.
Клайн же возвращается подозрительно бодрым, и Блейз пару секунд с сомнением смотрит на него, пытаясь отгадать, снова ли это одна из масок или возвращение щита настолько благотворно на него повлияло? И если так, почему он пришел без него? Пирог, который церковник гордо принес за стол, хоть и смотрится аппетитно, но едва ли мог бы послужить таким мощным мотиватором, чтобы былую усталость как рукой сняло. Может, у него в арсенале еще и исцеление от мути в башке есть? Или какой-нибудь бодрящий импульс святой энергии, который как разряд электричества - жахнет, и сразу сил прибавляется? Но удивление Блейза тает быстро - мысли вновь возвращаются к насущному вопросу, и нескольких минут отсутствия умственной деятельности, видимо, все-таки пошли на пользу.
Джером черта с два рассказал бы ему то же, что и нам. Чтобы здоровый мужик главе деревни на тещу пожаловался - это надо либо хорошенько нажраться, либо признать, что тебя баба доканала, причем не та, с которой ты живешь, — усмехается наёмник, облизываясь, потому что к трапезе он уже успел приступить. Вкус, конечно, не ахти, но и не настолько плох, чтобы выбирать из горшочка что повкуснее, не притрагиваясь к остальному.  — В любом случае, если единственная наводка окажется фуфлом, придется устраивать ловлю на живца. Но каковы вообще шансы, что это может быть его теща? Надо бы пораскинуть мозгами о том, какой бы в этом был смысл для неё. Вся эта херня звучит подозрительно...
Дженази понижает голос до едва слышимого, чтобы его слова достигали только ушей Клайнеля, и, дождавшись наконец, пока тот устроится напротив, вслух высказывает те мысли, которые пришли ему в голову за все то время, пока длился этот допрос с пристрастием на несколько часов.
Её нет в деревне. И это странно. Либо ей так и не послали весточку о том, что в доме её дочери был пожар, либо она по какой-то причине решила не навещать Марту с мужем, хотя любая мать давно бы уже примчалась к своему ребенку, чтобы позаботиться о нем и просто быть рядом в такое время.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

52

К удивлению Клайнеля, его огненный напарник даже не спорил. Не фырчал, что прерываться посреди поиска виновных на какой-то перекус пустая трата времени, не язвил о необходимости краткой передышки, чтобы привести беспокойные мысли в порядок. Просто поддержал чужую инициативу, выставленную фактом, и занялся ровно тем же самым, чем и планировал сам церковник - едой и попыткой прибраться в бардаке собственной головы, забитой ворохом бессмысленной информации.

Заказанная дженази похлёбка пахла так, что даже не намеревавшийся забивать желудок перед прогулкой паладин с сомнением взглянул на чужой глиняный горшочек, над поверхностью которого витала ароматная дымка. Может всё же стоит здешней еде дать ещё один шанс? Вчерашний приступ щедрости, ввиду которого Клайнель решил порадовать себя мясом, весьма болезненно щелкнул его по носу - то оказалось весьма жёстким и безвкусным, едва ли стоящим такой траты денег.
Учитывая всё нарастающую пустоту в кошельке, второй раз Клайну так рисковать уже не хотелось. Пирог хотя бы вкусный, о чём церковник уже лично убедился, аккуратно откусив от него кусок и стараясь не заляпать светлые одежды ярко-красной начинкой. Ещё не хватало того, чтобы ягоды за кровь принимали.
- Не знаю. По мне так людям только дай возможность пожаловаться друг на друга. Лишь бы уши свободные были, да не перебивали и кивали вовремя.- Как и вышло со всеми погорельцами ранее, даром что никакой информации по делу они так и не выдали. Беловолосый парень пожал плечами, вторив чужому движению и невольно следом облизнув губы от ягодного сока. Хотя не сложно было признать, что жаловаться представителю Церкви пожалуй было легче, чем ворчать о мирских проблемах старосте, который, по идее, человек занятой и это дерьмо разгребать не обязан. Да и что бы он сделал - пожурил бабку за неподобающее поведение? Но эту часть и им двоим Джером рассказывать не особо-то горел желанием - сам сидел с крайне понурым видом, будто стыдясь самой мысли о том, что их взаимная ненависть с тёщей могла вылиться в нечто более разрушительное, всполохнувшее аж всю деревню.
- Ловлю на живца... предлагаешь всю ночь не спать в ожидании нового пожара? Кто знает, на кого наш таинственный поджигатель следующим нацелится и где его поджидать. - Подобная идея Клайнелю не нравилась. Деревня хоть и маленькая, но оставшаяся в живых часть семейства любезно раскинулась по разным краям поселения, да и таких домов было более двух штук - а значит распределиться и ожидать каждому в своём углу было бы проблематично, как и прибыть вовремя на первые всполохи пожара до того, как он окрасит небо в рыжие оттенки и сообщит о себе столбом чёрного дыма.
Слова Блейза слишком тихи - и краем глаза паладин не может не отметить подозрительно суетящуюся за стойкой хозяйку трактира, порхающую туда-сюда. Явно ж изнывает от любопытства, за неимением других посетителей надеясь как следует погреть уши о разговор двух пришельцев, лишь чудом задержавшихся в их захолустье так долго. Такой явно никакой информации доверять не следовало... с другой стороны, именно эта женщина и могла подслушать чего интересного в пьяных бреднях местных забулдыг.
Но чёрт возьми, рискнут спросить - и вот тогда уж точно вся деревня на ушах стоять будет, что их старикашка соизволил помощи попросить хоть у кого-нибудь. А попросят молчать - так за час всем растреплет. Этот вариант лучше приберечь на потом.
- Если гонец там тот же, что и нас с утра искал - весточка явно не дошла. - Хмыкнув, проворчал паладин, невольно вспомнив томительное ожидание, так и не оправдавшее себя. - Но может и так не примчалась бы. У неё на руках ребёнок мелкий, если куда-то переться - либо его с собой брать, либо самой сплавить кому-нибудь. Да и учитывая, что кто-то целенаправленно мстит роду Джерома - оставлять его ребёнка одного слишком уж рискованно... - Клайнель осёкся, обеспокоенно взглянув в смуглое лицо напротив и даже оторвавшись от поедания пирога. - Слушай, а если это действительно та бабка учудила... она же свою собственную дочь поджечь выходит пыталась. Ребёнок-то с ней вообще в безопасности?..

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

53

Дженази слегка усмехается, проследив за взглядом Клайнеля, который устремился к похлебке, источающей приятный аромат и полупрозрачный, легкий пар, поднимающийся от глиняного горшочка. Пирог едва ли удовлетворил бы аппетиты наёмника: вчерашний путь до деревни, а затем борьба со стихией и не менее изматывающее утро требовали большего, чем просто десерт из ягод и теста, но вкусы паладина он не осуждал - вдруг ему нравится сладкое, да и с завтраком повезло больше? Поэтому пиромант методично подхватывает на деревянную ложку кусочки горячих овощей, приятно обжигающих язык, и едва ли наслаждается вкусом, предпочитая просто насытиться, а не баловать рецепторы. В дороге как-то отвыкаешь нос воротить даже от самой пресной пищи, да и не сказать, что к таким изыскам он был приучен с детства. Скорее уж наоборот.
Ну, я оставил бы этот вариант на крайний случай, — Блейз поднимает взгляд на Клайна, предпочитая наблюдать его реакцию на собственные слова, чтобы заранее пресечь попытку их оспорить, не дослушав до конца. Правда, тут и гадать не пришлось, чтобы понять, что такой вариант паладину по душе не пришелся, так что дженази тихо выдыхает, понимая, что придется объяснить тактику, которую наспех удалось набросать в голове, пускай и не вдаваясь в детали. — На месте Ольхара я бы так и сделал, но старик явно предпочитал не бросаться обвинениями, не будучи уверенным в том, что поджигатель все-таки состоит из плоти и крови. Когда я говорю о засаде, я не имею в виду, что поджидать ублюдка пришлось бы только нам, — Блейз облизывает ложку от солоноватого бульона и ненадолго откладывает её, отвлекаясь от трапезы, чтобы вкратце пояснить наиболее спорные моменты собственного предложения. — Теперь мы знаем, что его целью является семья Джерома, и это значительно сокращает количество потенциальных жертв, к которым он мог бы заглянуть на огонёк. Поэтому самый оптимальный вариант - это дозорные. В каждом из домов, где проживают его родственники, поставить по человеку, который контролировал бы периметр и высматривал на участке незваный гостей. Мы вдвоем точно не сможем охватить всю деревню, а если станем патрулировать поселение, привлечем лишнее внимание и вспугнем мудака. Правда, пришлось бы придумать способ, каким образом те, кто его заметит, смогли бы подать сигнал, чтобы мы подоспели вовремя и смогли его завалить... И еще один дерьмовый нюанс - время. Интервал между поджогами всегда составлял несколько дней, а судя по тому, что последний был меньше суток назад, выжидать очередной попытки испепелить чей-нибудь дом нам пришлось бы не одну ночь.
И, да, этот вариант самому Блейзу тоже не нравится, как раз по той причине, что ждать пришлось бы слишком долго. Намного дольше, чем потомок ифритов был готов пребывать в этой дыре, ведь уже сейчас, спустя столь короткое время, прошедшее с получения заказа, у него возникает убогое чувство, будто он здесь застрял. Поэтому он хмурится, подводя итог, и снова берется за ложку, мрачно надеясь, что путешествие в соседнюю деревню все-таки окажется не напрасным. Да, расклад окажется гнилым и ублюдским, но покончить с этим удастся хотя бы раньше, чем могло бы быть.
Рассуждения самого Клайна он слушает так же внимательно, как пытается выстроить наиболее верную цепочку действий в своей голове. Да, может паладин и прав, с ребенком на руках мчаться  в деревню, сломя голову, не самый обдуманный поступок, но...
Тебе ли не знать этих кудахтающих бабок, которые расшибутся, но примчат хоть на край света, лишь бы попричитать о несчастной дочурке, которой мало того, что с мужиком не повезло, так и сама теперь чуть не померла. Захотела бы - уже была бы тут и ссаными тряпками Джерома гоняла за то, что женушку свою не сберег, — на деле же Блейз пожимает плечами уже менее уверенно, пускай и все так же спокойно. Ему это и в самом деле казалось подозрительным, но не то чтобы у него был богатый опыт в общении с людьми подобного сорта, мог и ошибаться. А вот следующие слова церковника и вовсе заставляют его незримо напрячься. В безпасности ли ребенок? Едва ли. Даже если престарелая истеричка не пыталась убить собственную дочь и все это лишь плод богатого воображения её зятя, малышу лучше быть с матерью, а не со склочной старухой, рассыпающей громкие проклятья в адрес нового члена семьи в лице дочкиного жениха.
Зависит от того, с какой целью он ей понадобился, — наёмник произносит это почти холодно, стараясь сделать вид, что жизнь ребенка волнует его на прядок меньше, чем то же выполнение основного задания. Хотя пальцы, удерживающие ложку, сжимаются чуть крепче, а пламя в волосах порождает несколько особо ярких всполохов в полутьме помещения. — Если она так уговаривала Марту перебраться к ней вместе с сыном, вполне возможно, что и одного внука ей хватит, чтобы успокоиться. Даже если при этом не будет Марты, которая рано или поздно вернется, чтобы его забрать. В таком случае пацан в безопасности - скорее уж сама бабка кого хочешь голыми руками порвет, чтобы с ним не расставаться. Но если она действительно собралась мстить всему роду Джерома и даже поставила под угрозу жизнь собственной дочери, лишь бы довести дело до конца, кто знает, что там у неё в мозгу может щелкнуть. Подумает, что он кровь от крови того, кого она всей душой ненавидит... Блять, слишком трудно сказать, не зная её мотивов!
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают,
Но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня.
Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

54

Клайнель немного смутился, услышав справедливые слова наёмника. И правда, вот уж о чём не подумал - так о том, что к делу можно было бы поднапрячь и местных. Или сказывался куда больший опыт в подобных делах у дженази, или же сам паладин подсознательно решил никого ни о чём не упрашивать, памятуя о том, что задание им выдали двоим, и, стало быть, решить его они тоже должны были вдвоём.
Даже как-то затерялся тот факт, что в первую очередь проблема поджигателя должна была волновать самих жителей, а не двух проходимцев, соблазненных звоном монет.
В любом случае перебивать Блейза он не намеревался, посвящая освободившееся время методичному поеданию пирога. Но паладин не мог с внутренней усмешкой не отметить то, как быстро забылся его новый знакомый, совсем недавно возмущенный неосторожными словами Клайнеля о его разговорчивости. Но подкалывать дженази по этому поводу сейчас было определенно излишне - ещё принципиально заткнётся и будет саботировать их уже теперь общую работу.
- Тут ты, конечно, прав, но... - церковник неопределенно поводил рукой с недоеденным куском пирога в воздухе, будто пытался визуализировать собственные мысли в воздухе, - этим всем заниматься надо было раньше. Не после первого дома, так второго. Думаешь, местным только пинка под зад не хватало, чтобы наконец-то организовать дозоры? Да и вспомни тех мужиков с пожарища - без монеты даже не дёрнутся, может ещё и попытаются нажиться на помощи своим соседям. - Церковник скромно умолчал, что они, по факту, занимались тем же самым - но с официальной просьбы и одобрения старосты, а это всё же другое дело. И если какие-то проходимцы помогать выпутывать клубок местных склок были и вовсе не обязаны, то не помочь собственным соседям, с которыми и здороваешься каждый день, и пьёшь в одной таверне, было выше понимания Клайна. А именно этим местные и занимались - восхитительным нихрена не деланием. - К тому же если поджигатель из местных, то заткнуть всем помогающим рот мы не сможем, значит и ему скорее всего разболтают о западне - а там этот гад вполне и затихнуть может на время. Ещё более забавно, если его же случайно себе в помощники и дёрнем...
Словам дженази о том, что бабка как примерная мать тут же примчалась бы, едва заслышав столь тревожные слухи, церковник не верит и едва ли сдерживается от того, чтобы фыркнуть. Да он, в общем-то, понятия не имел, как там себя уважающие бабушки должны вести. Жаль, конечно, что не их вариант - будь сама бабка здесь, не пришлось бы за ней переться аж к соседней деревне. С другой стороны, обрисованная Блейзом перспектива караулить следующий пожар всё ещё была куда менее приятной.
Хоть тема, поднятая Клайнелем, далека от приятной, он всё же со странным удовлетворением подмечает тревогу, едва ли затронувшую смуглое лицо дженази, но столь ярко полыхнувшую яркими искрами в окружающей полутьме. Было приятно убедиться в том, что Блейзу было не плевать на ребёнка - спасение которого вовсе не входило в их основную задачу.
Или он просто хотел представлять этого парня лучше, чем тот был на самом деле, ведь вид дженази был столь же холоден и сосредоточен, как и ранее.
- Ладно, допустим, это она. Хотела б избавиться и от внука - просто оставила бы его дома, вместе с родителями, а не предусмотрительно вытащила к себе в гости под каким-нибудь благовидным предлогом. Старик, вон, и так счёл Винни мёртвым - никто бы не удивился тому, что и ребёнок сгинул бы в пожаре... или же она просто знала, кто именно поджигает дома, и решила спасти хотя бы внука? - Тихие слова звучали скорее для собственного успокоения, а не для напарника напротив - паладин пытался убедить самого себя, что очередную порцию нервов из-за мелочи тратить нет никакой необходимости. Гадать о потенциальных мотивах полоумной бабки и правда изрядно выматывало - а ведь не факт, что это она действительно постаралась. - Да и дойдём мы до бабки, что дальше-то? "Здрасте, бабуль, а не вы ли тут случаем по ночам с огнём балуетесь да людей на тот свет преждевременно отправляете?"

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

55

Блейз раздражительно топит в бульоне всплывший было кусочек моркови, тщетно пытаясь вспомнить, действительно ли он не упомянул самую важную часть в куске плана с дозором или Клайн просто так внимательно его слушал? Нет, кажется, всё-таки не произнес это слух, только подумал, прокручивая в голове одновременно несколько вариантов дальнейших действий разом. Со всей этой тактической болтологией поди разберись, что осталось  голове, а что слетело с языка. И какого хера нельзя просто транслировать мысли, как это умели некоторые из тех, кого он знал? Хотя и там бы пришлось разглагольстовать, опираясь на слова, а не на ту картину, что уже рисует воображение в попытке хоть как-то визуализировать в голове процесс поимки убийцы, подчинившего пламя. Разве что от еды отвлекаться бы не пришлось, проговаривая всё это слух.
Поэтому в дозоре стояли бы те, кто приходится Джерому роднёй. Как раз те люди, которые могут оказаться следующими в списке поджигателя. Им выгодно сохранить собственную жизнь и вывести ублюдка на чистую воду, поэтому им пришлось бы помалкивать, чтобы об этой засаде никто левый не узнал. Так что я почти уверен, что эта часть прошла бы гладко. В час нужды даже деревенщина берется за вилы... — дженази коротко усмехается, про себя подмечая, что метафора получилась более чем буквальной. — Ну ты сам видел. Другой момент - поджигатель может притаиться и вообще не предпринимать никаких новых действий. Залечь на дно, пока не убедится, что мы свалили отсюда, и желательно куда-то подальше, чем в соседнее село. Судя по всему, обитает он где-то поблизости, да и спешить ему некуда.
Да, можно было бы инсценировать прощание с этой проклятой деревушкой, сделав вид, что вдвоем они с паладином отправились дальше, но это вставляло те же палки в колеса, что и невозможность охватить все поселение разом - если сами они разобьют временный лагерь в лесу, ожидая, пока поджигатель не решится на следующий шаг, добираться до эпицентра событий придется долго. Улизнуть в момент всеобщей паники, особенно если при этом он успеет поджечь чей-то дом, мудаку удастся без особого труда.
Если он из местных, это и в самом деле затянется не на день и не на два. Наверняка следит за нами, если где-то поблизости, и понимает, что к его несостоявшимся жертвам мы заходим не просто так.
Эта ситуация кажется более безвыходной, чем выслеживание добычи под проливным дождем, размывающим следы. Неизвестных по-прежнему слишком много, и наёмник с закрепляющимся недоверием невольно примеряет маску хитрого и незаметного поджигателя на всех тех, кого он успел увидеть в деревне или даже перекинуться парой слов. Всех кроме Клайнеля. Даже Ольхар попадает под подозрение, хотя для него это более чем невыгодно - нанимать двух парней, обещая награду из собственного кошелька, и задерживать их в деревне еще на какое-то время.
Да, скорее всего ребенок попал бы под удар вместе с родителями, если бы она хотела, чтобы его не стало вместе со всем семейством. Не в этот день, так в другой - Винни ей могли оставить неожиданно для неё самой, и тогда лучше было бы отложить поджог, — соглашается дженази со словами церковника, единожды задумчиво кивнув. А затем слегка хмурится, будто вслушиваясь в собственные только что произнесенные слова. — Винни... что за имя, блять, такое? Ты бы так своего сына назвал вообще?
Короткая пауза после неожиданного вопроса повисает совсем ненадолго, и за это время пиромант успевает выловить еще немного овощей из своего горшочка, аппетитно их поедая. Что-то в этой версии все равно не удавалось четко сопоставить. Что-то, что явно было на поверхности, но огненному все никак не получалось за неё зацепиться.
Может и знает. Может, именно поэтому так упрашивала дочь перебраться к ней вместе с внуком. Но если так, придется заставить её в этом признаться. Надавить на то, что вот-вот Марта поправится, заберет ребенка, и если старая не выдаст поджигателя нам, может лишиться своих ближайших родственников в очередном пожаре.
Ладно, эта цепочка выстроилась. Возможная причина, по которой тёща Джерома так настаивала на том, чтобы после появления ребенка Марта вернулась родной дом, да притом без своего супруга. Так или иначе, была ли виновницей она сама или знала виновника - поговорить с ней стоило. И судя по тому характеру, что описал им спасенный погорелец, говорить придется жестко и не выбирая выражений. Что ж, в этом навыка Блейзу не занимать.
А от саркастичный вопрос Клайна заставляет наёмника вскинуть бровь, насмешливо полыхнув взглядом в сторону собеседника. С одобрением, в очередной раз наслаждаясь тем, что паладин, сидящий перед ним, не какой-нибудь благородный бесчувственный мудак с каменным лицом и стальным голосом. С таким бы собственными размышлениями делиться точно бы не захотелось.
Ну бля, знаешь, есть вероятность, что настолько прямое обвинение сработает, если она там сидит и параноит, что за ней вот-вот придут. Такие редко отпираются слишком долго, думая, что уже на крючке и в этом нет смысла. Но сомневаюсь, что она из этих, — Блейз делает какой-то пространный жест, видимо попытавшись изобразить тех самых "этих", но в конечном итоге снова погружает ложку в глиняную посудину. — Нужно что-то ей преподнести... Что-то, что точно выводило бы на её след, чтобы обвинения не звучали бредовым высером в адрес одинокой старушки с ребенком на руках. Например... — дженази задумчиво облизывается, забыв даже взгляд отвести, и со стороны кажется, что ответы на самом Клайнеле написаны, остается только их распознать и прочитать. На самом же деле наемник смотрит куда-то сквозь, пока обдумывает какие-то свои вариации. — Она ведь не сама изготавливает горючее масло. Наверняка где-то покупает, потому что на тот же дом ребят, которых мы спасли, его потребовалось бы немало - поджог начался с сарая, затем по дорожке из масла перескочил вдоль стены к крыше и кольцом разошелся вокруг самого здания. Одного бутылька не хватило бы. И если это подтвердится, у нас уже будет какая-то веская предъява, а не просто слова невзлюбившего её зятька.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

56

Чужое раздражение чувствуется всполохами огня, но церковник благоразумно не заостряет на этом своё внимание, с куда большим интересом прислушиваясь к словам дженази, когда тот начинает пояснять детали наспех придуманного плана. Но, к сожалению, идея наёмника казалась дырявой как кусочек сыра.
Только паладин едва ли мог предложить альтернативу лучше, а потому лишь вздохнул, подавляя уже собственное ворчание. Быть тем, кто лишь губит чужие идеи на корню, не предлагая ничего взамен, Клайнелю не хотелось, пусть он и мог сходу возразить по поводу мысли о том, чтобы привлечь род Джерома в качестве охранников. Потому что кто, чёрт возьми, сказал, что это не может быть кто-то из семьи в надежде на наследство или из тихой ревности к чужому супругу? Единственные, кому сам паладин тут бы доверился - это погорельцы, чьё горе он видел собственными глазами. Но люди, пережившие пожар накануне, вряд ли были в лучшем физическом состоянии, чтобы вот так ночами нести дозор. Да и бабку по такой логике вычеркивать стоило - родственница погорельца же, член семьи.
Потому озвученные сомнения были другими.
- Ну да, два подозрительно долго шляющихся по деревне незнакомца уже самим фактом своего существования могут заставить поджигателя залечь на дно и не отсвечивать. Тем более что я паладин - вряд ли этот пироман поставит свою месть выше шанса привлечь внимание Церкви очередным пожаром... если у него осталась хоть капля мозгов. - Клайн недовольно цокнул языком, прекрасно понимая, что светлые одежды с золотыми символами Богини ему тут на пользу явно не шли. Столь примечательная внешность и должна была привлекать внимание, успокаивать мирных жителей и служить предупреждением нечисти о том, что местные земли охраняемы. В их же странной игре в детективов такое притягивание взглядов было, мягко говоря, излишним. А это - взгляд алых глаз невольно устремился на собеседника, свет волос которого мягко разгонял окружавшую темноту таверны - как раз то, что они оба делали лучше всего.
На странный вопрос об имени Клайнель лишь удивленно вздернул бровь, хмыкнув и недоверчиво уставившись на Блейза. Нет, не то чтобы ему самому это имя казалось верхом красоты, но у деревенских-то вкус всяко попроще. Попробуй возьми тут снифига эльфийское имя - заклюют со смеху же.
- Есть такое. Бабка так-то со страху вообще во всех грехах сознаться может... или намеренно подставиться, укрывая кого-то ещё. Не думаю, что без приличных доказательств покрепче словесного признания нас не пошлют куда подальше. - По такой логике они просто могли поймать какого-нибудь невзрачного мужика в подворотне, хорошенько с ним поговорить, возможно кулаками, и радостно сдать Ольхару со словами "вот ваша головная боль, не благодарите, деньги вперёд".
От чужого прожигающего взгляда Клайнель невольно подбирается, выпрямляясь и откладывая недоеденную корочку пирога обратно на тарелку. Столь неприкрытое разглядывание без какой-либо на то причины его сбило с толку - когда встречаешься взглядом с тем, кто точно так же смотрит тебе в глаза - и паладин невольно отвёл лицо, делая вид, что его внимание привлекло нечто сбоку, чтобы отвернуться под благовидным предлогом и спрятаться за прядью белоснежных волос. Преграда мнимая, но всё же успокаивала.
Но подметил Блейз верно - это ж и правда нужно было раздобыть откуда-то достаточное количество горючего, чтобы гарантированно залить округу и лишить жертв шанса на побег от стремительно раскормившегося жадного пламени. И две маленькие деревушки вряд ли могли похвастаться тем, что клиентов у них столько, что аж лица не запоминают. Ровно как и излишне большие объемы должны были справедливо вызвать вопросы.
- Тогда точно из местных должен быть... максимум соседние деревни, до которых идти недалеко. Издалека масло туда-сюда не потаскаешь в таком количестве, чтобы здания заливать. Да и хранить это богатство где-то надо... и ёмкости из-под него тоже. Просто так не выбросишь ведь. Чёрт возьми, ну почему это и правда не тварь какая-нибудь, всё было бы гораздо легче. - Не сдержавшись проворчал церковник, подперев щёку рукой и облокотившись на стол, задумчиво уставившись на остатки пирога, будто именно его румяные бока были в чём-то виноваты. - Но бабка, конечно, сильна, если её ярости действительно хватает на такие подвиги. И охренеть как зла на Джерома... или даже не на него самого, а на кого-то из его семьи, из-за чего и была так против породниться именно с ним.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

57

Всё то, о чем они успели тут нарассуждать, было лишь пустыми предположениями, и дженази это раздражает. Причем теперь даже больше, чем идиотизм деревенских. Да, бабка могла бы кого-то покрывать, но так оно или нет - истину придется добывать с боем, пускай и словесным, если уж на то пошло. Но точно так же она могла самолично устроить поджог, предпочитая старческому сну пеший поход в ночной тьме до соседней деревни, решив устроить страшный суд за ей одной известные прегрешения. И в этом она едва ли сознается с порога. Планировать что-то на несколько шагов вперед попросту не выходит, как и придумать наспех тот предлог, с которым можно заявиться к потенциальной поджигательнице и припереть её к стенке, как только она откроет перед ними двери. Да и откроет ли? Наверняка запрется пуще прежнего и начнет вопить, что двое чужаков пытаются её то ли убить, то ли обокрасть... Впрочем, еда ли ей поверят, увидев у дверей не разбойника в черном капюшоне, а юношу в церковном облачении, но и помогать наверняка не станут. Молчаливым стадом уставятся на это представление под аккомпанемент скрипучих воплей пожилой склочницы и плача разбуженного шумихой ребенка.
Если она и хранит все это дерьмо... да даже в собственном погребе, об этом мы узнаем только если проникнем в дом, и тихо сделать это точно не получится, — Блейз потирает вновь занывшие виски, чувствуя кончиками пальцев яркий жар пламенных прядей, ниспадающих вдоль кистей его рук и едва касающихся ладоней. — Так что даже если мы узнаем, что она скупила все масло в чертовой деревне, нам в любом случае придется идти в прямое наступление. Обвинять, давить, угрожать и надеяться, что мы делаем это не зря и не прессуем ни в чем неповинную старушку. Я думал и о том, что можно было бы её наебать... — наёмник как-то сокрушенно вздыхает, и собственные варианты, которые казались хитрейшей тактикой часом ранее, теперь звучат настолько неуместно, что их и вслух произносить не хочется. Но не поделиться ими с Клайном он не может - вдруг у церковника появятся более подходящие идеи, если сказанное Блейзом направит его мысли в нужное русло. — Сказать, что Марта и Джером не выжили. Или что выжили и, напротив, требуют вернуть им ребенка, поскольку сами еще оправляются и не могут прийти за ним сами. Но теперь я понимаю, что её реакция и в том, и в другом случае может выглядеть слишком уж правдоподобно... И это нихера нам не даст. Разве что это заставит её хорошенько понервничать и где-нибудь оступиться.
Да, правильно подмечает Клайнель - лучше бы это была тварь. Та, которую смог бы выследить паладин, следуя за собственным чутьем, или сам наёмник, опирающийся на более четкий и видимый внимательному взору след. Ему уже доводилось иметь дело с чудищами пострашнее волчьей стаи или нападающего на путников на привале медведя, единожды уже отведавшего человеческой плоти: не обремененные интеллектом, следили они много, и прикончить такую угрозу удавалось без угрызений совести. А люди... люди бывают пострашнее - как в мотивах, так и в способности прятаться перед самым носом, ничем не выдавая помутившийся беспощадной жестокостью рассудок.
Если это устроила бабка, то она не лучше тех тварей, о которых ты говоришь. Своими руками он это сделала или чужими - не важно. Но таким место в девяти преисподнях, — проговаривает пиромант и, обхватив ладонями бока опустевшего глиняного горшочка, выпивает до дна остатки подостывшего бульона. А затем, с глухим стуком отставив его на край стола, вытирает губы тыльной стороной кисти и вопросительно смотрит на своего напарника. — В таком случае пора отправляться? А то притащимся туда затемно и черта с два успеем кого-либо опросить.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают,
Но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня.
Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

58

- Пх, если паладин внезапно начнёт вламываться в чей-то погреб, вопросов у народа будет больше чем ответов. И дать мы их сходу не сможем... особенно если ничего страшнее солений на зиму там не окажется. - Упомянутый самим собой паладин лишь фыркнул, смиренно соглашаясь с доводами наёмника. Не трудно было признать правдивость его слов, и это раздражало - но не из-то, что Блейз в своих речах казался до боли логичным, просто сама ситуация, мягко говоря, не радовала. Ноль зацепок, ноль улик, ноль подозрений - не считая обиженных слов горе-зятька, которому досталась вместе с красавицей-женой в родственники ещё и форменная мегера в обличье доброй старушки. Это, чёрт возьми, буквально единственное, над чем приходится ломать голову, и против воли мысли крутились вокруг старухи, не видя иных зацепок для размышлений.
- Соврать, конечно, можно, да только вдруг наш неимоверно ответственный и быстроногий гонец решил воспротивиться собственной судьбе и выполнить хоть какую-то часть сегодняшней работы, добравшись-таки до бабки и выдав ей все последние новости? И пойми там, чего врать и зачем. Да и если припрёмся без всякой подготовки к старухе и начнём пальцем тыкать, а она возьми да и невиновной окажется, то сразу ж попытается узнать откуда ноги растут. И уже вот тогда прошлые претензии свекрови Джерому раем покажутся... - Клайнель тихо фыркнул, представив реакцию погорельца на такую подставу от двух спасителей. Вряд ли мужик рассчитывал на то, что сказанные нехотя слова окажутся столь одинокими в их крайне хреново продвигавшемся расследовании. - А с ребёнком не вариант. Если бабка ещё все мозги не растеряла и хотя бы внука ценит - то в жизни не отдаст свою родную кровь каким-то двум подозрительным мужикам, завалившимся на порог, даже будь они реально посланы родной дочерью. И правильно сделает, в общем-то. - Да и что им дала бы такая ложь? Реакцию поглазеть? А кто из них сходу поймёт разницу между сокрушающейся бабкой и злостной поджигательницей? Тут требовалось что-то более материальное, от чего было бы труднее отбрехаться. Чертово масло, к примеру.
- Это и выясним... рано или поздно. Да и толку сейчас гадать, если только всё на месте да разузнаем. Ты прав, стоит выдвигаться. - Сцапав-таки оставшуюся корочку пирога и отправив её в рот, паладин поднялся со стула, потянувшись. Будто не на разборки шёл о личности поджигателя, а готовился к прогулке. От лишних мыслей в голове светлых идей не прибавится - лишь загонят себя в клетку собственных рассуждений да потеряют возможность видеть картину шире той, что уже складывалась в голове, прикрывая ширмой все не совпадающие с привычным видением картины детали. Подобная узость мышления сейчас была совершенно некстати.
Только вот дженази дёрнулся не в сторону выхода, а узкой лестнице, что вела к гостевым номерам, чем заставил бровь паладина невольно вскинуться в удивлении. Что там наверху было-то, кроме их вещей? И те, к слову, все в его комнате сейчас покоились.
- У тебя там есть что-то, что охеренно поможет нам в болтовне с местными, или тебя старушка настолько пугает что аж снаряжение понадобилось? - Не сдержавшись, фыркнул церковник, не пряча растянувшиеся в ехидной улыбке губы. Им идти-то всего ничего, деревня соседняя, дорога прямая, чего бояться-то? Особенно ходячему костру, которому вряд ли что-то было нужно для сражения кроме себя самого. Но, пожав плечами, парень послушно вытянул ключ от номера из кармана, протягивая его Блейзу. - Вернёшь как спустишься. А я пока задам парочку вопросов местной хозяйке, раз уж мы ещё здесь.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1

59

Да, глупо бы получилось, если бы гонец действительно успел вовремя, если его и  самом деле отправляли. Можно было бы узнать об этом у старосты, но тратить время еще и на такие бесполезные уточнения Блейзу совершенно не хотелось - слишком много волокиты для того, кто привык действовать прямо, без всех этих мелочных попыток отсечь даже незначительные моменты, вызывающие сомнения. Да и всю эту ситуацию с бабкой можно было обмозговать еще не один раз, поломать над этим голову, просиживая задницу в тишине собственной комнаты на втором этаже трактира, которая должна настраивать на размышления - быть может с кем-то кроме дженази это бы даже сработало, - но терять бесценное время и без того осточертело. Да и Клайн выдавал дельные аргументы на предложения наёмника. Настолько дельные, что подстегивают желание недовольно и звучно фыркнуть, нагрев воздух вокруг себя на пару-тройку лишних градусов. Но только если в ином случае потомок ифритов наверняка бы полыхнул из-за того, что его планы постоянно ставят под сомнение, ничего не предлагая взамен, сейчас он понимает, что это только на пользу - критика обоснованная, черт бы её побрал, и паладин действительно помогает отделаться от стремления сгоряча натворить дел, за которые потом пришлось бы объясняться если не им обоим, то пироманту так точно - и перед старухой, и перед погорельцами, и перед старостами обеих деревушек, если в соседней таковой тоже имелся. Скорее всего Блейз их всех разом бы послал, на этом бы и разбежались... Но решить проблему ему все-таки хотелось, ведь Джерому он по сути не соврал - это уже было личное.
А ты сечешь в людях, — с усмешкой проговаривает дженази смутное подобие комплимента, когда церковник обрисовывает, как всё это могло бы выглядеть со стороны для местных и как бы они на все это посмотрели. Все то, что он представляет в своей голове, на словах Клайнеля звучит как один сплошной варварский метод, стремление по максимуму навести шороху и будь что будет. Тот, в ком играет живое пламя, и осторожность - сочетание так себе, но паладину удается урезонить попытку поставить на кон все ради пресловутого эффекта неожиданности. То, что работает в бою, не всегда играет на руку в переговорах. — Да, идея с пиздежом крутая, но не в нашем случае. А если бабка еще и невиновна, то там и до сердечного приступа недалеко, поверь она в то, что на старости лет осталась без дочери, да еще и с мелким внуком на руках.
Получив согласие с предложением выдвигаться, Блейз кивает и, отодвинув горшок подальше от края стола, поднимается со своего места, по привычке намереваясь забрать свои вещи. Да, идти недалеко, но кто знает, что и когда успеет понадобиться. Паладина, правда, это удивляет, и наемник не до конца понимает причину вопросительного взгляда, направленного в его сторону, пока Клайн со скрываемым ехидством не озвучивает свой вопрос.
Тебе никогда не доводилось покидать город в спешке, да? — усмехается пиромант в ответ, хотя едва ли предполагает, что ему придется сбегать. По крайней мере до тех пор, пока не получит и деньги за выполненное задание, и ту блестящую часть благодарности, которая так и осталась на столе в кабинете Ольхара. На деле же это просто дань привычке. Остаточная предусмотрительность, выработанная годами. Задерживаться в этой деревне дольше, чем нужно, он не хотел бы даже на ночь, так что лучше уж пусть вещи в рюкзаке болтаются на одном плече, а лук - на другом, и хоть заходить за ними после этого не придется. Но все же Блейз не старается себя сдерживать и принимает вид наемника, повидавшего некоторое дерьмо: слегка горделиво, но правдоподобно, будто ему с его бесценным опытом известно куда больше, нежели паладину, о важности инвентаря даже в пешей прогулке до соседней деревни. — К тому же, черт знает, не попытается ли та мразь спалить нас как те дома. Пугает ли меня это? О, блять, нееет - только подогревает интерес. Но лучше уж я буду при своем, если решу достойно на это ответить.
С этими словами огненный, прихватив переданные Клайном ключи, направляется на верхний этаж, добирается до комнаты паладина и забирает свои вещи, на всякий случай не сразу притрагиваясь к ним, а перед этим оценивающе их осматривая. Он прекрасно помнит, в каком положении их оставлял, и судя по тому, что оно не изменилось, пожитков наемника никто так и не касался. Даже Клайн, который заходил сюда без сопровождения дженази, чтобы передохнуть и оставить щит. Тот гордо возвышается на подушке, демонстрируя потемневший от встречи с пламенем и прогоревшими балками металл, и Блейз мысленно усмехается этой картине - как на постаменте, ей богу. Или на священном алтаре в миниатюре, осталось только разложить вокруг душистый ладан и засыпать простынь цветами. Мельком он осматривает комнату еще раз, пытаясь отыскать взглядом в совершенно необжитой комнате вещи самого церковника, но у того их, видимо, было совсем немного. И уж в них копаться у самого наемника не возникает ни малейшего желания, даже из праздного любопытства.
Вскоре он уже спускается вниз, вручая ключи от вновь запертой комнаты светловолосому парню, который о чем-то негромко переговаривается с хозяйкой таверны, а затем, не дожидаясь завершения их беседы, выходит на улицу, чтобы выкурить самокрутку на свежем воздухе и без попыток спасти Клайна от мерзкого табачного душка.
Узнал что-то интересное? — без особого энтузиазма интересуется он, когда церковник появляется в дверях трактира. А затем, оттолкнувшись от столбика, поддерживающего козырек крыльца, делает несколько шагов в направлении, которое им несколько часов назад подсказал Джером.

Дорога до соседней деревни кажется Блейзу короче, чем он предполагал. То ли потому что после долгого простоя каждое движение отдается легкостью, а отдохнувшие мышцы не ощущают физической усталости, то ли потому что они с Клайном шли вровень, причем достаточно бодро, и не приходилось ни ждать, ни догонять своего спутника. Но к моменту, когда за очередным изгибом протоптанной дороги, пролегающей вдоль кромки хвойного леса, взгляд без труда ловит темные очертания домов в лучах предзакатного солнца, все же начинает вечереть.
Эта деревушка кажется немногим меньше той, откуда они с паладином держали свой путь, и еще на подступах к ней дженази накидывает на голову капюшон, чтобы скрыть колышущееся пламя длинных рыжих волос. Но даже это не избавило обоих от любопытных взглядов местных - заинтересованных, недоверчивых, удивленных, но хотя бы без возгласов о дьвольщине или богах, которые уже не удивительно было бы услышать в таком захолустье. Видимо, тут дома горели с меньшим постоянством. Блейз держится хладнокровно, старается не смотреть по сторонам, ну или по крайней мере не натыкаться безразличным взором на лица идущих навстречу или убирающихся с дороги деревенщин, хотя внутри уже привычно закипает: пялятся не то как на чудище, не то как на циркового зверя из заморских краёв, и на кого из них - вопрос тот еще. Однако, руки хоть и сжаты в кулаки, запрятанные в карманы плаща, держится огненный спокойно, выискивая среди построек что-то хоть отдаленно напоминающее местную лавку.
Как думаешь, мое присутствие разболтает торговца или заткнет нахер? — в пол голоса спрашивает наемник, чтобы услышал только Клайнель, и уже немного жалеет о том, что не остался за пределами деревни.
[nick]Blaze[/nick][status]burn baby burn[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/964301.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Блейз[/profilename][profilestatus]Твои попытки меня подогревают, но не задевают. Больше накаляют.
Все проклянешь, мой гнев воспламеня. Иди же ближе! Загляни в глаза огня.[/profilestatus]

Отредактировано Jester (2022-09-24 13:39:59)

Подпись автора

cheers you up, agile, slinky, sometimes makes you bleed... basically a cat.
https://forumupload.ru/uploads/001b/6f/0c/11/626165.png

+1

60

Блейз ушёл раньше, чем увидел паладина, демонстративно закатившего глаза. Нет, первое хотя бы было справедливо - если уж планировать сбегать куда-то, то с вещами это определенно было легче провернуть, но чем они помогли бы в борьбе с пожилой поджигательницей? Затыкал бы луком без стрел или залил бабусю водой из бурдюка, так что ль?

Хозяйка за прилавком аж встрепенулась, едва завидев приближающегося паладина, пока тот унимал внутреннее ворчание, пытаясь прикинуть как корректнее разузнать интересующую его информацию и при этом не дать этой женщине разболтать всей деревне об их единственной догадке. К счастью, о ней они сообщили только старосте. И на вопрос о том, где здесь местные маслом закупаются, женщина по-хозяйски засуетилась, восприняв интерес парня в совершенно ином ключе.
- Ежели вам баночка масла нужна, можешь у меня прямо и купить. Его сейчас трудновато раздобыть, но у меня хороший запас припрятан. - Хозяйка доброжелательно улыбнулась, крайне довольная тем, что сможет и подзаработать, и постояльцам подсобить - что ни говори, перед ней был тот, кто спас жизни её односельчан. Клайнель же мысленно ругнулся про себя, обдумывая теперь уже причину, по которой можно было выведать искомого поставщика, и желательно не тратиться на грёбанное масло, которое ему-то в общем было совершенно ни к чему. Только объясни это ещё. Но, к слову...
- А что, с маслом какие-то проблемы?
- Да, нарасхват прямо последние месяцы. Яннит сразу предупредила, чтоб побольше брали, нельзя ж таверне вдруг без масла остаться. Но если вам больше бутылочек надо, так я и на две могу расщедриться, и идти никуда не придётся. - И подмигнула, всё ещё расплываясь в самодовольной улыбке. А она так просто местоположение торговки не выскажет, да? Из непрошенного желания помочь или подозревать что-то начала? Ну, если церковник сейчас развернётся и уйдёт, то вот это уже и правда будет выглядеть странно, а потому Клайн тихо выдохнул. Против воли в голове всплыл образ дженази, поднимающегося по лестнице, что вела на второй этаж, и как его не в меру огненная шевелюра мягко разгоняла окружавшую полутьму, и совершенно идиотская идея родилась сама собой.
- Нет, спасибо, простое масло тут не подойдёт. Это не мне, а дженази... - неуверенно произнёс Клайнель, невольно опустив взгляд алых глаз, лишь бы не видеть выражение лица хозяйки таверны, которое воззрилось на него с нескрываемым удивлением. - ну-у, чтоб горело ярче и внутреннее пламя не угасало. Почти как дрова в печь подкинуть... - совсем тихо пояснил он, совершенно растеряв веру в гениальность собственной затеи.
Пожалуйста, пусть Блейз об этом никогда не узнает.
...твою ж мать, а вот и он.
Клайн аж дышать забыл, пока наёмник спускался по лестнице, но тот, не посчитав нужным выдёргивать паладина из разговора, на счастье просто вернул ключи и направился прямиком на улицу, оставляя в полутьме зала крохотные искорки. Хозяйка таверны точно так же проводила взглядом прошедшего мимо наёмника, бесстыже пялясь ровно на тоже зрелище и так и не заметив подозрительно застывшего церковника.
- Ох, и правда как-то тускло полыхает, бедолага. Ему ещё ж и от наших мужиков ночью ведь досталось почём зря... Яннит в соседней деревне живёт. Запасов у неё сейчас маловато, но вдруг что найдёт подходящее. - И дальше паладина завалило потоком полезных и не очень слов. К счастью, искомое местечко было среди сказанного и казалось весьма приметным по описанию. Одна проблема была - в хозяйке. И от описания этой женщины у Клайнеля невольно волосы дыбом встали.

Блейз ожидал снаружи, вновь затягиваясь очередной самокруткой. И как бы не хотелось поворчать о вреде подобных привычек, церковник не мог не подозревать, что именно жгучее желание закурить так вовремя прогнало наёмника на улицу. Да и не его это дело, кто себя чем предпочитает травить, успокаивая душу и нервы.
- Ну, где наша следующая цель живёт разузнал. - И Клайнель, отведя взгляд, не стал уточнять какой именно ценой он заполучил эту информацию.

Как бы ни было прискорбно это осознавать, шатание туда-сюда определенно пожирало время подобно ненасытному зверю, что никак не мог насытиться кражей чужих часов жизни. Не так давно полуденное солнце щедро заливало лучами постепенно окрашивающиеся золотом поля, и вот оно уже устало кралось бочком ближе к горизонту, предвкушая ночной покой, стоило только двум путникам приблизиться наконец-то к искомой деревушке.
А ведь сам паладин тоже не смог сегодня выспаться.
Попытку дженази вновь скрыть своё лицо Клайн встретил молчаливым удивлением - в прошлой деревне наёмник едва ли пытался скрыть своё лицо, тут же внезапно предпочёл эффектности осторожность. Остерегался такой же реакции у местных, как у деревенских минувшей ночью? Ну, даже если у кого и хватит мозгов встретить такого сияющего огнём пришельца вилами - тут уже сам паладин стоять в стороне не будет. К тому же подобное поведение было вполне ожидаемо - тут хоть дома, кажется, и не горели, но не слышать о горе соседей они не могли.
- Судя по тому, что я слышал от хозяйки таверны, этот торговец нас скорее пинками вытолкнет нахрен из помещения, если мы после всех опросов посмеем у неё ещё ничего и не купить. А там хоть сам дьявол перед стойкой, лишь бы деньги были. - Пожав плечами, невозмутимо ответил Клайнель в ответ на справедливое опасение Блейза. - А. Ещё нам зачем-то надо спросить, как там младший сын торговки, и вернуться с этим неимоверно важным знанием назад к хозяйке. Только вот... - Клайнель нахмурился, - звучало это так заговорщецки, будто за этот невинный вопрос нас прибьют ещё на пороге. В любом случае, вот тот дом. Яннит. Приезжая, но тут лет двадцать как уже живёт и всех молодых знает чуть ли не с пелёнок. Торгует чем можно и нельзя, маслом в том числе, чего нет сходу - раздобудет. Не замужем, но ухажеры чуть ли не в каждом селе и даже в некоторых ближайших городах. Связана как-то с местным подпольем, а один из её воздыхателей - крупная шишка среди бандитов. Не бедствует и сама на свои кровные отгрохала себе дом. И не спрашивай, нахрена нам вся эта информация. - Наконец-то выдохнул паладин. Женщины, которым не с кем обсудить все последние новости и слухи и нарвавшиеся на свободные уши, что вынуждены были стоять смирно - страшная вещь. Пострашнее некоторых демонов, пожалуй.

[nick]Klainel[/nick][status]un|holy[/status][icon]https://i5.imageban.ru/out/2022/06/12/a9cea8ec75d40757e6ef7112b6beb4d0.png[/icon][fandom]original[/fandom][profilename]Клайнель[/profilename][profilestatus] [/profilestatus]

+1


Вы здесь » Calm Harbor » Альтернативные эпизоды » hit the lights and set the fire